Том выдохнул.
– Неужели здравый смысл победил, – сказал он, улыбнувшись.
Гарри поднялся со стула:
– Пойду сдам книги.
– Я тебе помогу, – Моника поднялась следом, но перед тем, как уйти, пригрозила мне пальцем. – Джуди, если опять не явишься в школу, я…
– Не переживай, – перебил её Том. – Завтра она будет в строю.
Через двадцать минут мы с Томом стояли на пороге его дома.
Особняк Бойеров выглядел грандиозно. Мраморный пол сиял чистотой, стены были выкрашены в медовый цвет, с высоких потолков свисали хрустальные люстры. В центре располагалась широкая лестница, покрытая ковровой дорожкой. На стенах висели портреты членов семьи и картины известных художников, в основном импрессионистов.
– Чувствуй себя как дома, – сказал Том, пропуская меня в шикарно обставленную гостиную.
Эта комната была больше похожа на музей. Барельефы на стенах, кожаные диваны странных полукруглых форм, панорамные окна с позолоченными рамами.
Я уже бывала в этом доме, но каждый раз удивлялась, как в первый. Семья Бойеров жила в роскоши, недоступной для обычных смертных.
– Не обещаю, но попробую, – ответила я, встав напротив камина, на котором сидела каменная горгулья. Боже.
– Отец вернётся поздно.
Я обернулась к Тому:
– А твоя мама?
– Её не будет несколько дней, может, недель… – он на секунду замолчал, затем продолжил. – Мой дед недавно скончался, мама уехала к себе на родину в Хантсвилл.
– Соболезную, – я переступила с ноги на ногу. – Почему ты раньше не сказал?
– Я не был близок со своим дедом, мы виделись всего пару раз в жизни, – Том присел на диван. – Год назад врачи обнаружили у него последнюю стадию рака горла. Мама сказала, что он сам себя довёл, выкуривая по пачке в день.
Я присела рядом с Томом и обняла его, пытаясь выразить сочувствие. Неважно, какие у них были отношения, терять близких – всегда очень тяжело.
– Я в порядке, – пробормотал он, расправив плечи. – Вся семья знала, что ему недолго осталось, это был лишь вопрос времени.
Я хотела перевести тему, но, подумав, решила спросить:
– Почему ты с ним не общался?
Том нахмурился от неожиданного вопроса, но быстро взял себя в руки. Его голос стал низким и отстранённым, будто эта тема была ему неприятна.
– Дед был против моего отца. Не хотел, чтобы его единственная дочь выходила за «непонятно кого» замуж. Но мама его не послушала и приняла предложение. В итоге дед отрёкся от неё, а впоследствии и от внука.
Я дёрнула плечом:
– Ты спрашивал у матери, почему он был против?
– Дед хотел, чтобы она осталась в Хантсвилле и продолжила его дело. Ругал её за то, что она переехала в Богом забытый Росфилд.
– Какое дело?
– У него была небольшая мебельная фабрика, – Том грустно улыбнулся. – Которая в итоге разорилась.
– Наверное, это его окончательно подкосило.
– Да уж, страшно под старость лет остаться ни с чем.
Я нахмурилась, обдумывая его слова.
– Не будем о грустном, – Том встал с дивана и увлёк меня за собой. – Пойдём, я провожу тебя в гостевую комнату.
Я не могла с уверенностью сказать, сколько комнат в доме Бойеров. Особняк был настолько огромным, что здесь можно было бы с легкостью заблудиться. Опасаясь неловкой ситуации, я запомнила каждый поворот. Итак, мы поднялись на второй этаж, свернули направо, затем налево и вошли в третью дверь.
Гостевая комната была бы уютной, если бы не одно но: здесь было слишком много золотого цвета. Золотые стены, золотой комод, золотая кровать с голубым покрывалом, картина в золотой раме, золотые вазы и стеллажи для книг. Мне показалось, что у меня заслезились глаза от переизбытка золотого.
– Ванна и туалет, – Том указал на первую золотую дверь, а затем на вторую. – Гардероб.
– Спасибо, – ответила я, оглядывая комнату. – За царские покои.
Я присела на край кровати и чуть не утонула в мягкой перине. Том глядел на меня с легкой улыбкой, видимо, до сих пор не мог поверить в то, что я добровольно поселилась в его доме.
– Я могу приготовить сэндвичи и заварить вкусный чай, – вдруг сказал он, изогнув бровь. – Поужинаем вместе?
1. Поужинать с Томом: Глава 19.1 Передружба
2. Лечь спать: Глава 19.2 Ещё одна неспокойная ночь
– Да, конечно, – согласилась я.
Улыбка Тома стала шире, но затем он провёл языком по нижней губе и стер её.
– Какой сэндвич предпочитаешь?
– С ростбифом.
– Твои вкусы не меняются, – Том открыл дверь и перед тем как выйти, вновь обернулся ко мне. – Ты хочешь поужинать здесь?
– Если можно.
– Хорошо, – он кивнул на телевизор, стоящий на золотом комоде. – Тогда я захвачу несколько кассет, и мы посмотрим какой-нибудь фильм.
– Отличная идея.
Том вышел. Я откинулась на перину и окончательно в ней утонула. В самом низу живота закружились бабочки. Я не понимала, почему моё тело так реагирует на Тома, ведь разум до сих пор сопротивлялся. Прикрыв глаза, я выдохнула.
Я буду держать себя в руках.
Джуди, ты будешь держать себя в руках.
Дверь открылась, и в комнату вошёл Том. Я приподнялась на локтях и подняла брови в немом вопросе.
