Но тут же остановилась. Перед ней был длинный коридор со стенами из мутного офисного стекла и двумя десятками дверей. Дергать каждую и искать журналистку? Так местные наверняка вызовут охрану, и ее уведут. Лиза развернулась и уже спокойным шагом приблизилась к стойке администратора.
– Да, пожалуйста, – протянула она с тугой улыбкой. – Мне нужна Марина Торгашева. Журналистка. Она работает у вас. Пишет всякое…
Последние слова она сопроводила шумным выдохом, от которого ноздри затрепетали. Лиза чувствовала, что еще немного – и начнет изрыгать пламя, как дракон.
– Минутку, – девушка на ресепшене вскинула бровь, но взяла трубку и набрала короткий номер. – Марина, к тебе тут пришли. Я не знаю. Ну, приди и сама спроси. Сейчас она подойдет.
Последняя фраза была обращена к Лизе, которая громко барабанила пальцами по стойке. Журналистка действительно через минуту показалась из-за поворота. Она явно торопилась, но, наткнувшись взглядом на Лизу, резко затормозила и даже сделала два шага назад. Однако потом спохватилась и вскинула подбородок.
– Да? – спросила она демонстративно.
– Да? – переспросила Лиза, вкладывая всю злость в короткое слово. – Да я тебя…
– Давайте пойдем в переговорку, – почти выкрикнула журналистка, чтобы остановить готовящийся взрыв.
Не дожидаясь ответа, она почти побежала в обратном направлении. Лиза не менее быстро двинулась за ней и почти нагнала обидчицу, когда та открыла одну из дверей. Только оргстекло защитило ее волосы от тянущихся Лизиных рук.
– Хотите чай или кофе? – бросила Торгашева, успевшая отбежать в дальний угол просторной переговорки, теперь их разделял большой круглый стол.
– Да какой нафиг кофе? Ты совсем офигела?
– А что, собственно, случилось?
– Не прикидывайся! – Лиза оперлась руками о стол с намерением перелезть через него, но журналистка быстро двинулась в другом направлении, и пришлось отказаться от этой идеи. – Ты про меня накатала. Наврала. От меня все клиенты ушли.
– О, ну это отлично. Нефиг им тратить время и деньги на всякую дурь.
– Да как ты смеешь!
– А вот так и смею. Я же у тебя была. Слышала всю эту чушь, что ты людям обещаешь.
– Да с чего ты взяла, что это чушь?
– Что-то я не вижу рядом с собой короля, – Марина развела руки и для убедительности посмотрела по сторонам.
– А ты в бар ходила?
Журналистка вдруг замолкла. Щеки ее покраснели. Но она быстро овладела собой.
– Конечно, сходила. Для чистоты эксперимента. И по-прежнему – короля не наблюдается.
– Я сказала – неделю ходить и зелье использовать.
– Дрянь это твое зелье, – девушка резко потянула рукав кофты. – У меня из-за него вон что!
Кожа предплечья была усыпана красными пятнами. Лиза довольно хмыкнула и опустилась на ближайший к ней стул.
– Конечно, я ведь специально тебе такое дала, – лениво протянула она, обернувшись к окну.
– Что? Зачем? Это пройдет?
Лиза бросила короткий взгляд на журналистку. Надо же, а та, кажется, тоже из «верующих».
– Затем, что сразу тебя раскусила. Поняла, что ты с… дурными намерениями. И сколько бы ты в бар ни ходила, все равно бы никого не подцепила. Я тебя прокляла!
Марина открыла рот. Глаза ее забегали.
– Ага, конечно, – медленно начала она после нескольких секунд молчания. Голос ее дрожал. – То есть вы хотите сказать, что реально колдовать умеете? Как же…
– А тебе сегодня кто-нибудь комплименты говорил? На свидание звал? – Лиза снова оглядела Марину: ее волосы, собранные в неряшливый пучок, длинный след от ручки на щеке, темные круги под глазами. – Но… коллеге твоей, да-да, той самой, о которой ты сейчас подумала, с утра пораньше все глазки строят, так?
Это был беспроигрышный вариант. В каждом коллективе есть такая коллега. И все девочки, как знала Лиза, ее дружно ненавидят. Здесь это вряд ли была Марина.
Журналистка тем временем закусила губу и тоже медленно опустилась на стул.
– Но, но я ведь не специально. Я сама не хотела, честно, да мне по барабану на тебя. Каждый своей фигней страдает.
– Почему написала тогда?
Торгашева поморщилась.
– Мне редактор дал такое задание. Я вообще идти не хотела, с ночной смены была, устала как собака. Но он сказал, чтобы я шла и обязательно дичи всякой написала.
– Но зачем это ему? – Лиза опустилась на стул, что раньше пнула.
– Ради хайпа, просмотров… А мне только про прорывы труб раньше разрешали писать. Редактор сказал, если нормально напишу… то есть прям плохо про тебя, он мне разрешит самой выбирать, про что писать.
– Что ж я ему сдалась-то? – Лиза скрестила руки на груди.
– Я откуда знаю, у него свое начальство…
Лиза быстро вскинула голову и заметила, как журналистка брезгливо поморщилась. Марина же закатала рукав и подняла на нее глаза.
– А это… ну, можешь отменить свое…
– Если ты удалишь статью!
– Да не могу я! Редактор не даст! И поверь, все, кто могли, ее уже прочитали.
– Знаешь, почему у тебя парня нет? – Лиза шумно выдохнула.
– Почему?
– А не скажу!
Теперь Марина скрестила руки на груди, но тут же расцепила их и принялась яростно чесать плечо.