Вероника лежала на диване, и ей казалось, что ее комнату заливает солнечный свет. Наконец закончилась эта ужасная метель, подумала она. В запотевшем стакане еще остался мартини и она допила его одним глотком. По венам разлилось тепло. Было очень хорошо. Вероника поставила стакан на небольшой комод у изголовья дивана и развернула стоящие на нем часы. Полчетвертого. Не может быть, подумала Вероника. Ей показалось, что она совершено утратила чувство времени, и это было прекрасно. Можно было никуда не спешить, а просто наслаждаться мгновением, которое, вероятно, остановилось, замерло, неподвластное ходу времени. И все-таки странно. Сейчас день или ночь? И почему светит солнце, вряд ли было бы так светло зимой, даже днем.
Вероника потерла глаза и приподнялась на локтях. По правде говоря, не особенно ярко оно и светило. Если вообще светило. Нет, в комнате определено ничего не изменилось. Вероника не хотя напрегла мозг и сообразила, что теперь все-таки ночь. Она вздохнула и легла обратно в постель.
В квартире было тихо. Интересно, где Он? Как бы то ни было, а Вероника должна задать Ему парочку вопросов.
Девушка встала и натянула джинсы. С пола она подняла свою майку. Ни на кухне, ни в ванной Его не было. Безупречная нега пробуждения начинала медленно рассыпаться на осколки. Это было больно. И противно. Как отход от наркоза.
Рядом с диваном даже не было второго стакана. Он умудрился поставить его на место, не разбудив ее. Словно Его никогда тут и не было. Только на столе по-прежнему стояла желтая роза. Вероника достала ее из стакана и приложила к носу. Обоняние уловило еле различимый аромат. Упругие лепестки нежно прикоснулись к ее губам. Девушка судорожно сжала цветок, и бутон без особых усилий отсоединился от стебля. С горестной улыбкой Вероника разметала лепестки над столом как пепел, а стебель, согнув надвое, отбросила на пол. В ладони и пальцы вонзились шипы, но это было не важно. Гораздо важнее было то, что Вероника проснулась слишком поздно.
***
Нескольких минут было достаточно, чтобы понять, что доктор не смог открыть зеркало. Что-то было не так. Части мозаики не складывались. Может быть, он неверно разобрал имя в Ликиных мыслях? Или все дело в зеркале? А может быть, просто слишком поздно? Этого Агния знать не могла. Да это было и не важно. Главное, они не проиграли.
Агния взяла телефон, чтобы сообщить новость Лике. На экране высветилось время - четыре часа ночи. Нет, сейчас она звонить ей не будет. Да и стоит ли вообще это делать, не лучше ли Лике думать, что все закончилось? Агния положила телефон на стол и решила все обдумать завтра на свежую голову. Она стянула одежду и забралась под одеяло. Тепло и спокойно, словно не было ни метели, ни врача, ни обыска.
Настоящее отретушировало прошлое: поубавило красок, размыло и поставило его на задний план. Все, что было вчера, было вчера. Сегодня беззвучно кралось на мягких лапках, и его надо было успеть заметить, пока оно само не растворилось в памяти.
***
В шесть часов утра Вероника уже сидела перед большим приставленным к стене зеркалом, готовая к ежедневному ритуалу волшебного превращения.
Проснувшись ночью, она сперва было снова легла в постель, но рой жалящих мыслей не дал уснуть. Провалявшись минут сорок, девушка решила прибегнуть к помощи горячей ванны. Однако около часа в воде не принесли желанного расслабления и ясности в голове.
И вот сейчас она сидела наедине с собой, лицом к лицу со своим отражением.
На самом деле это не так уж и странно, что Он ушел, подумала Вероника. Они оба ненавидели банальность. Это было два абсолютно не связанных условностями разума, которые изощренно соревновались между собой в оригинальности. Могло быть даже хуже, если бы Он остался. Они рисковали бы вклеиться в какую-нибудь приторную мелодраму. Вероника брезгливо скривила уголки рта. Нет, ее разозлило не то, что Он ушел. Совсем не это.
Девушка пристально посмотрела в глаза своему отражению, словно пыталась получить ответ в тайных мирах зазеркалья.
Как же ловко однако Он попытался замести следы. Да, именно это ее бесило. Убрал стакан, унес пустую бутылку, не оставил ничего кроме этой злосчастной розы.
Ушел как сон. Растворился в реальности. Так или иначе, Он поступал так всегда. Может быть, это было менее очевидно, а может быть Вероника просто не замечала этого. И она никогда не звонила Ему. Она никогда не просила больше.
Вероника взяла телефон и набрала номер. Она чувствовала, как вспыхивают ее щеки, как начинает кружиться голова. Она не знала, что она скажет, но она больше не могла и не хотела быть его одинокой пристанью, о которой Он вспоминал, лишь когда в главном порту становилось особенно скучно.
- Ника, - без удивления констатировал Его голос.
Ей не нравилось это имя. Ему нравилось ее дразнить.
- Ты так поспешно ушел, мог бы попрощаться, - она чувствовала, что голос выдает ее волнение.
- Я не хотел тебя будить и уж точно не хотел с тобой прощаться, - Его голос был похож на довольное мурлыканье кота.
- Значит, ты еще придешь?
- Обязательно.