— Архаров, тебя не учили не орать людям с утра прямо в голову? — вяло огрызнулся Стас. — Я до одиннадцати на месте. Адрес пришлю сообщением.
— Так точно! Жду!
Визгликов повесил трубку, уронил лицо в ладони и медленно протащил их по лицу, оттягивая нижние веки. Глянув на улицу, Стас поморщился: по стеклу лентой вился дождь, внизу кланялись редкие деревья, и по всему было видно, что погода испортилась и за окном похолодало.
— Что-то я устал, — сказал он вслух, быстро заправил кровать и, достав из сумки свитер, вышел в коридор. — Как вы мне все надоели, — сказал он, завидев Глафиру.
— И вам доброе утро, — буркнула девушка и уставилась на Визгликова. — Стойте! — крикнула она.
— Чего тебе? — Стас опасливо покосился на стремительно приблизившуюся девушку.
— Не двигайтесь, говорю, — Глаша глазами поискала по импровизированной кухне нужную вещь, схватила салфетку и аккуратно сняла со свитера Стаса кусочек шерстяной нитки.
— Блоха, что ли? — разведя руки, спросил Стас.
— Вот, — Глаша раскрыла салфетку и торжествующе взглянула на начальника.
— Что, Польская, окончательно умом тронулась? Или ты вместо марок теперь собираешь коллекцию пыли?
— Вспоминайте, где вы в этом свитере ходили? — вопросом на вопрос ответила Глаша.
— Ну я как-то не слежу за модой. Что нашёл, то надел, — сказал Визгликов.
— Такую же красную нитку нашли на месте убийства возле психиатрической клиники. Казаков провёл исследование, это шерсть викуньи, очень дорогая пряжа, — проговорила Глафира.
— Я в этом свитере по всему городу мотался, — отмахнулся Стас. — И ты, я смотрю, прямо эксперт: по обрывку нитки уже раскрыла все злачные места, куда ходил старина Визгликов. Серёга, — завидев в конце коридора Погорелова, крикнул Стас, — пошли завтракать, а то мне Польская пытается день испортить.
— Пойду к Юрию Арсеньевичу, — не обращая внимания на слова Стаса, проговорила девушка.
Спускаясь по лестнице в местную столовую, Визгликов глянул на часы и задумался:
— Серёга, похоже, ты один поедешь узнавать про Катю.
— Не вопрос, — подойдя к линии раздачи, Погорелов стал активно собирать на поднос тарелочки с салатами, отварными сосисками и выпечку.
— Самое плохое — даже если она его знает, то вряд ли сможет указать на местоположение, а в суд с такими свидетелями можно даже не показываться, — резонно заметил Стас.
— Ну что ж она право на помощь не имеет тогда? — с набитым ртом спросил Погорелов.
— Заплати сначала, потом начинай питаться, — Визгликов улыбнулся кассирше. — Здравствуйте, рассчитайте, пожалуйста, пока он не сбежал.
Дождавшись в столовой Архарова, Стас спровадил Погорелова и позвал нового знакомого к себе за столик.
— Давай здесь поболтаем, в кабинете душно, да и бежать мне скоро. Чего хотел?
— Да я задумался над вашими словами и всё решил, — рублеными фразами проговорил молодой человек.
— Артём, знаешь, у меня часть мозга занята работой, остальная — спит от усталости. Над чем ты подумал? — вяло отозвался Стас.
— Я бы хотел работать с вами. Точнее, в органах и, если это возможно, то в вашем отделе. С ребятами поговорил, они сказали, вы реальными делами занимаетесь.
— У нас только место оперативника свободно, — пожал плечами Стас, — и то не я решаю. Полковник Лисицына руководит отделом.
— Если можно, готов пообщаться и приступить к работе.
— Эка тебя распирает, — Стас несколько секунд поразмышлял. — Пошли, у меня есть ещё пятнадцать минут.
Поднявшись до кабинета Лисицыной, Визгликов услышал высокий злобный тон Анны, покосился на Артёма и спросил:
— Точно готов? Это она только разминается.
— Я глуховат после службы, так что не страшно, — с абсолютно серьёзным выражением лица проговорил Архаров.
— Ну, смотри. Жди здесь.
Стас вошёл в кабинет и сел напротив Лисицыной, в глазах которой блестели молнии гнева.
— То есть исчезновение человека вы считаете пустяшным поводом, чтобы выполнять свою работу? Что вы запинаетесь? Докладывайте чётко и по делу!
— Может, он просто слово вставить не успевает? — шепнул Стас.
— Значит так! Жду вас и участкового к пятнадцати часам в управлении, — лицо Лисицыной скривилось. — Что я должна сделать? Адрес управления скинуть? У вас что, вместо головы ночной горшок? — Лисицына с размаху шлёпнула телефон на стол, нажала клавишу отбоя и, раздувая ноздри, уставилась на Визгликова.
— Ты меня хотя бы видишь? — осторожно спросил Стас.
— Стас, там не одна девушка пропала. Из его вялых объяснений я сделала вывод, что как минимум четверо родителей обращались за помощью. И ни единого возбуждения уголовного дела, — Лисицына хлопнула по столу ладонью.
— Анна Михайловна, я с гостем, — пропустив всю экспрессию мимо ушей, сказал Стас. — У нас с оперативниками ахтунг. Может, рассмотришь?
— Ты в себе? — спросила Лисицына. — Ты готов взять на себя ответственность за него, его семью? Мы не можем никого приглашать в команду до окончания операции.
