Это произошло в день, когда погиб Вэй. Утром он вышел из пещеры, а вечером измученная Ная, с мрачным лицом и грязными потёками от слёз на щеках, притащила его тело и принялась молча раскапывать землю возле стены. Для пятой могилы. Терри подполз и стал помогать. Руками он отгребал мягкий серый грунт, плоским куском камня углублял яму. И шептал Нае, которая не понимала его язык, нежные успокаивающие слова. Они вместе завернули тело старика в холщовую ткань, уложили на дно могилы и насыпали очередной холмик. Ная накидала на холм головки цветков. Тех самых, из которых получался лечебный порошок. Цветы пряно сладко пахли, навевая тоску по чему-то несбыточному, и Ная вдруг зарыдала. Она упала на грунтовый пол пещеры, её худенькое тело сотрясалось от громких всхлипов. Терри оцепенел. Как помочь? Погибла вся семья, и он был к этому причастен. Наверное, сейчас девушка ненавидела его.
Терри добрался до лежанки, отвернулся к стене и ждал, когда Ная успокоится. Но вдруг почувствовал, как руки девушки обняли его и с силой прижали к груди, заставив задохнуться от счастья. Всю ночь они любили друга, как могут любить два покалеченных войной человека, понимая, что будущего впереди может и не быть.
– Бу–бу–бу…
Терри снова очнулся и резко, до боли закусил губу. Светящаяся фигурка пропала. Он приказал себе не вспоминать. Ная погибла. Кончено. И его сейчас тоже убьют, если он будет бездействовать. Терри прислушался, стараясь не обращать внимания на жгучую боль в затылке. Пошевелил связанными ногами. Джинсы намокли. В ботинках хлюпало. И вода как будто прибывает. Это… Прилив?! Чёрт, неужели?! Неужели это катакомбы? Печально известные всей полиции портовые катакомбы, где контрабандисты прятали товары, откуда в океан выносило трупы, иногда со следами пыток. Туннели начинались в трущобах на окраине города, возле портовых трейлеров, а заканчивались на берегу океана. Прилив погружал в воду часть ходов с гротами и штреками, и лучшего места, чтобы скрыть следы преступления, найти было трудно. Терри передёрнулся от отвращения, представив своё вздутое от морской воды тело, выдавленное из катакомб в океан отливом.
Верёвки разбухли от влаги и впились в запястья. Терри лежал на боку со связанными впереди руками. В рёбра что-то больно давило. Терри попробовал сдвинуться, у него получилось только с третьего раза. Он отполз чуть назад и ощупал камень, на котором лежал. Крупный, шершавый. То, что надо. Терри обхватил его связанными руками, поднял и что есть силы ударил о каменную стену, потом ещё раз, и ещё. Камень раскололся. Терри прислушался. Никто не бежал, но и разговор, это едва слышное «бу-бу-бу», смолк. Терри затаился, принял прежнюю позу, не выпуская из руки отбитого каменного куска с острыми зазубренными краями. Никто не пришёл, и Терри принялся тереть верёвку о каменный кусок, зажав его между коленей. Через полчаса Терри освободил руки. Через пятнадцать минут – ноги. Ещё минут пять ушло на то, чтобы вернуть ногам кровообращение. Они застыли от ледяной воды и плохо слушались, разбитое колено болело. Терри ощупал карманы куртки – пусто.
Хорошо обыскали, уроды. Но нашли не всё. В брюки был вшит маленький потайной кармашек, там как раз помещалась короткая пластиковая заточка. На все случаи в жизни. А если её зажать между согнутыми пальцами, то можно пользоваться как оружием. Терри поднялся с заточкой в руке, двигаясь как можно медленнее, давая измученному телу налиться силой. Постоял, решая, в какую сторону идти. На звук голосов? Или искать выход и выбираться, пока не обнаружили, что он освободился от верёвок? Почему его не убили сразу? Для чего он им нужен? И кому – им? Вот именно, кому? Нужно выяснить, кто его похитители. Ясно одно. Его ударили в момент, когда он выпытывал о Сэме и таинственном Вилли, который явно имел прямое отношение к исчезновению дочки Беллами. Значит, похитители что-то знают. Нужно идти на голоса. Судя по всему, это не так уж и далеко. Отдельных слов не разобрать, когда говорят тихо, а вообще звук слышно вполне отчётливо. Терри двинулся к выходу из штрека. Его мутило и шатало. Он прошёл шагов двадцать, держась за стены, повернул и увидел, как впереди замерцал свет.
Как выяснилось, Терри ошибся. До голосов было далеко. Возможно, из-за того, что под землёй тише, чем на поверхности, и эхо усиливает звуки. Терри пошёл на свет по длинному туннелю. После темноты глаза заслезились, и всё вокруг превратилось в размытое пятно. Он немного постоял, привыкая, потом снова пошёл. Получалось шумно. Размокшие ботинки при каждом шаге тяжело бухали о твёрдый пол, разнося по туннелю глухой перестук. Терри выругался вполголоса и начал подволакивать ноги, пытаясь уменьшить шум. Босиком он смог бы подобраться к голосам совершенно бесшумно, не зря в разведвзводе его прозвали Шелестом, но Терри боялся напороться на что-нибудь острое и пораниться, тогда он стал бы для врагов совсем лёгкой добычей.
Свет становился всё ярче. За поворотом отчётливо слышались голоса и звуки шагов – судя по всему, разговаривали двое.
