– … не тянут, – спокойно признал я, проглотив добрую тысячу слов, – Ну так как?
– Хорошо, – пожал плечами Санька, уже не так сухо, – Есть какие-то детали? На что обратить особое внимание?
– Внимание? – я чуть задумался, – Да… знаешь, не увлекайся инструкторской работой, пожалуйста! Ты именно инспектор, понимаешь?
– Мм… – брат чуть задумался, продолжая механически жевать, но наконец кивнул, – Есть у меня такая привычка!
– … а всё-таки, – нерешительно сказал он и замолк.
– Ждём, Саня… – я не стал ничего говорить, а просто немигаючи уставился ему в глаза и позволил увидеть все свои переживания.
– Понял, – сдавленно сказал он спустя несколько длинных секунд, разрывая зрительный контакт, – Так значит…
– А вот так, – я криво улыбнулся, – Так и живу! Думаешь, мне не хочется вот настолечко…
Едва заметно раздвигаю накрепко сжатые большой и указательный пальцы.
– … ослабить? Хочется, Саня, ещё как… Здесь и сейчас это даже не сотни жизни спасёт, а как бы не тысячи! А потом? Потом что? Тысяча спасённых сейчас, но десятки тысяч погибших – потом?
– А если нет? – тихо возразил брат, – Мало ли, как повернётся ситуация в мире…
– А в нашу ли сторону повернётся? – так же тихо парировал я, – Запас прочности у Британской Империи куда как побольше, да и дипломаты – не нашим чета. Нет уж! Бить надо наотмашь, и так, чтоб не встал противник. Второй раз, случись нам сплоховать, ударить уже не дадут.
Помолчав, Санька кивнул, и некоторое время мы ели молча, пока Уточкин не нарушил несколько неловкое молчание, начав травить байки, чему нисколько не мешало заикание.
– Да! – прервав я Сергея несколько минут спустя, – Прости… просто потом, боюсь, забыть могу!
Обрисовав брату идею Лёвки с журналами, я ожидаемо наткнулся на скепсис.
– Бумаги? – протянул он.
– Смотри… – я тут же сдал назад, не желая настаивать, – А! Может, Лёва тогда с вами? Как идея? Он как раз в этом море военной бюрократии не самая мелкая рыбёшка!
– Замечательно! – Саня сразу воспарил энтузиазмом, быстро сообразив, что большую часть бумажной, откровенно нелюбимой им работы, можно будет сбагрить Лёве… А тот, к слову, и не против!
– Вот и ладненько, – закивал я, – а заодно подтянешь его по части воздушной разведки.
– Пф… – тяжело выдохнул брат, поглядывая на моего секретаря не без сомнений.
– Попробую, но не обещаю, – честно сказал он, – Пилот из него выйдет в общем-то не самый скверный, да и как и штабной офицер, наверное, неплох…
– Иначе не взял бы, – киваю я, краем глаза видя заалевшие щёки Лёвки.
– Угум. Но воздушная разведка? – брат со скепсисом поднял бровь, – Хм…
– Ну хоть понимание дай, – снизил я планку.
– С этим попроще, – смилостивился Санька.
– А закладки с оружием делать? – интересуюсь без намёка на напор, чтоб не слишком давить на и без того недовольного брата, – Не обязательно сам!
– Ну если не сам… хм, можно, – пожал плечами Чиж, – Чорт! Хотя нет, только самому придётся! Ты же всех толковых пилотов отозвал, остались только наземные службы и те, кого и сам Лёвка поучить сможет. Ладно… многого не обещаю, но по дороге, если будет такая возможность, несколько остановок сделаем специально для этого. Всё?
– Всё, всё… – закивал я.
– К-кстати, – поинтересовался Уточкин, – а з-за-акладок не много? Я так п-прикинул, что чуть не ка-аждый пилот из п-проверенных не один д-десяток тайников сделал.
– Много не мало, – философски отозвался я, – подъедая солянку, – Да и потом… много, это в перерасчёте на пилотов, а на всю армию попробуй отмасштабируй! Много ли груза аэроплан увезёт? Меньше тонны, и это если горючее впритык брать! Патроны, взрывчатка, оружие, медикаменты, немного еды… Это же, по большому счёту, взводу на два-три дня не самых активных боевых действий!
– Н-ну… пожалуй, – кивнул Сергей, – не д-для полноценной армии, а д-для ма-аневренных отрядов?
Угум, – мычу, не прекращая жевать и прислушиваясь к доносящимся до меня обрывкам разговоров. Пусть пилоты и придерживают языки, но даже по обмолвкам, если уметь, можно составлять достаточно качественную выборку мнений, пусть даже и «среднюю по больнице».
В штабе меня ждало письмо, прочитав которое я тут же засобирался.
– Что-то срочное? – поинтересовался Военгский, на которого я оставил командование базой.
– Британцы блокировали гавань Дурбана, – отвечаю коротко, снимая трубку телефона, – Матиас? Готовь самолёт! Да… да, как обычно.
– Всё нормально, – киваю Илье с той уверенность, которую не испытываю сам, – Основные силы британцев подтянутся не раньше, чем через неделю, так что время на подготовку пилотов ещё есть. Я лечу по вопросам организационным…
Помор насмешливо вздёрнул бровь, позволяя себе усомниться в моих словах.
– Ну… не только, – поправляюсь я, – но преимущественно.
Задавать лишних вопросов Илья не стал, учён. И жизнью вообще, и мной в частности.
