— Я же говорил! — не выдержал и крикнул я, но Анна уже была за дверьми бара.
— Не кричи ты так, она же не виновата — защищал ее Виктор.
— Лапшу с ушей сними — фыркнул я — зачем мы приходили вообще?
Виктор замолчал. В грустной тишине мы побрели в сторону трейлера, а нам на встречу проходили веселые парни и девушки, идущие в бар. Анну мы больше никогда не встречали, ее сообщения в социальной сети и звонки тоже прекратились. Ночная жизнь Окободжи явно не для нас.
Каждую неделю весь «Трейлер Бэнд» занимался весьма грязным и дурно пахнущим делом. С наступлением темноты мы выходили на очень опасное дело. Мы брали насос, тащили его к трейлеру и откачивали содержимое туалета. Потом мы осторожно шли обратно, сливать все это в специальную дырку на дороге. Самым сложным было ровно катать насос. Никто не хотел, чтобы он завалился набок. Нам и так на прошлой неделе хватило того что к дому прибежал дикий скунс. Кто-то из работников заметил его и тут же вызвал специальную службу. Двое мужчин быстро смогли поймать скунса в клетку, однако неприятный запах оставался еще несколько дней. Сбоку на нашем насосе была старая наклейка со словом, которое сложно было разобрать. Если внимательно приглядеться, то можно предположить, что это слово «кэнди», что означает «сладости». У кого-то явно было все в порядке с чувством юмора. Мы с ребятами старались реже посещать уборную, которая была у нас в трейлере, ведь чем меньше мы ее посещали, тем реже нам приходилось иметь дело со «сладостями». По этой причине у нас стало традицией каждое утро ходить в такелаж, а точнее в туалет, который там был. На наше удивление туалет находился в самой середине здания и имел прекрасную звукопроводимость. Чтобы определить, занят он или свободен, совсем не нужно было подходить к нему, ведь все и так было слышно. Этот факт мы не могли оставить без внимания и стали называть посещение туалета — «концертами на тромбоне», ведь звуки, исходящие из уборной, очень напоминали игру на трубе.
Однажды перед работой Марти собрал всех у себя в офисе.
— С сегодняшнего дня Айван станет новым напарником Хайди и будет работать в здание такелаж вместо Дианы — объявил Марти Пирсон — так же двое ребят посменно будут оставаться работать на базе, а другие пятеро разъезжать по точкам на озере.
Эти нововведения не всем пришлись по душе, но мне они не понравились больше всего. На базе время тянулось в несколько раз дольше, чем на озере. Первые дни для меня были очень тяжелые, но потом я привык и нашел массу плюсов на своей новой должности. Шейн и Альберт работали по соседству и часто меня веселили. Альберт брал на озеро проверять лодки, а Шейн нашел для меня русскую радиостанцию на приемнике. Филиппинка Хайди оказалась самым ленивым работником на базе! Даже ленивее Дениса и Максима, поэтому мне часто приходилось делать все вместо нее. Я не держал на нее обиды, ведь она хорошо относилась ко мне. Она всегда приносила мне что-нибудь вкусненькое из дома и разрешала отдыхать в трейлере во время рабочего дня. Часто мы с Хайди просто бездельничали, делая вид, что мы работаем. Она в совершенстве обучила меня мастерству «ничего неделания». Карлос Кастанеда и Дон Хуан точно оценили бы. Если на озерах мы с ребятами должны были мыть лодки быстро, то здесь я спокойно мог возиться целый день лишь с одной лодкой. Здесь важно было не количество, а качество и я этим пользовался. В течение дня я успевал, и послушать аудиокниги, и несколько раз сбегать в трейлер, и покушать вместе с Хайди, и проверить лодку на озере вместе с Альбертом, и посмеяться с Шейном, и помыть всего лишь одну лодку, ведь большего от меня не требовали.
