Кое-кто даже вздрогнул, что не есть хорошо, поскольку на палубе собрались не штафирки нетрадиционной половой ориентацией, а старшие офицеры флота. Остальные от неожиданности потеряли дар речи.
«Н-да, а нервишки-то никуда не годятся! Придется прописать клизму с настоем валерианы! Как минимум, некоторым...»
– Что-то не так? – спросила вслух, усугубляя возникшую неловкость.
– Все так! – благосклонно улыбнулся адмирал Мас, едва ли не первым взявший себя в руки. – Здравствуйте, госпожа адмирал! Не желаете присоединиться?
– Присоединиться? – задумалась Лиза, пока остальные офицеры произносили уставные формулы приветствия. – До мишени метров двадцать пять? Тридцать?
– Ровно двадцать пять, – «рассеял» ее сомнения адмирал Мас. – Но для вас,
Казалось бы, чего еще желать? Ну, съязвил конечно сукин сын по поводу дистанции, но зато пригласил в закрытый клуб. Признал в присутствии других офицеров, что она среди них как минимум «почетный белый». Но контекст, а главное – подтекст, к благодушию не располагал. Другое дело, что в этом техасском холдеме[16], сам того не желая, адмирал сдал Лизе роял-флэш. И вот это уже являлось немерянной удачей.
– Спасибо, господин адмирал, – вежливо поблагодарила она. – Меня устраивает расстояние, хотя я бы предпочла дистанцию в пятьдесят метров. Однако не менять же правила из-за меня одной! – пожала она плечами и повернулась к Марии:
– Лейтенант, будьте так любезны!
Мария, сопровождавшая Лизу во всех ее перемещениях по авианосцу, вместо офицерского планшета носила на плече небольшой кожаный портфель на широком ремне. Сейчас, щелкнув замком и откинув клапан, она достала из него «трофейный» «Горбатов» в открытой – ковбойской – кобуре.
– Прошу вас, госпожа адмирал!
– Спасибо, Мария! – чуть улыбнулась Лиза и обернулась к ожидавшему ее Мосу:
– Итак, за кем я в очереди, господин адмирал?
– За капитаном Форном, я полагаю.
Разумеется, он врал, – в глазах офицеров, включая капитана Форна, отразилось смущение – но адмиральское вранье оказалось Лизе на руку. Форн, стреляющий перед ней – лучшей завязки для «оперетки» и придумать нельзя!
– Тогда приступим! – Лиза старательно игнорировала заинтересованные взгляды присутствующих. Еще бы им не смотреть! Наличие такого монстра, как «Горбатов», многое могло сказать о его хозяйке, но отыгрывать назад было поздно и им всем, и адмиралу.
Форн встал к «барьеру», прицелился и начал стрелять. Отстрелялся он, в целом, неплохо: в среднем темпе, ни разу, правда, не попав в десятку, но зато и не «размазав кашу по тарелке». Нормально, в общем, выступил, имея в виду, что он пилот, а не стрелок. Тем более, не офицер спецназа. Да и вырос, судя по всему, не на ферме, где кто не стреляет, тот и не ест.
– Кучно! – одобрительно кивнул Мос, передавая мишень «автору». – Ваша очередь, госпожа адмирал!
– Благодарю вас! – кивнула Лиза и быстро пошла к линии.
Собственно, она не просто шла, а «набегала» на цель, как научил ее Рощин. Вышла к линии, успев опустить ствол «Горбатого» параллельно стальному настилу палубы, качнулась вперед, занимая удобную стойку для прицельной стрельбы, подхватила правую руку левой, и понеслось! Темп стрельбы регламентировался лишь необходимостью корректировать прицел, так как от выстрелов ствол постоянно уводило в сторону. Не на много. По чуть-чуть, – все-таки у Лизы крепкий, «мужской» хват, – но прицел сбивался.
– Где вы научились так стрелять, госпожа адмирал? – Вопрос задал командир поста связи лейтенант-коммандер Майкл Маран, но, судя по выражению лиц, остальные офицеры, включая адмирала Маса и капитана Форна, испытывали тот же когнитивный диссонанс, что и офицер-связист. Разрыв шаблона – он и в Америке болезненная процедура.
– Меня научил муж, – просто и «естественно», то есть, как ни в чем ни бывало, объяснила Лиза, которой незачем было красоваться. И дожимать ситуацию до упора пока не хотелось тоже, не говоря уже о том, чтобы вдаваться в подробности своей непростой личной жизни. – Он в Себерии командир гвардейских пластунов... Ну, это как ваши рейнджеры, я думаю... Вроде того.
