– А вы, ваше превосходительство? – перевела Лиза взгляд на посланника. – Неужели тоже из наших?
– О, со мной все еще проще! – отмахнулся Александр Шелл. Шеллы боковая ветвь Шелеховых, но мы между собой прямым родством не меряемся, потому что Семья выше условностей.
«О как!»
Про Шеллов Лиза никогда раньше не слышала, но вот Шелеховы были, что называется, на слуху. Еще бы! Эта семья контролировала чуть ли не всю торговлю Северной Америки с цинцами и Землей Хабарова. И тут еще не известно, кто важнее. Цинцы они, конечно, цинцы и есть: у них чай, кравит и титан, и это не считая шелка и фарфора. Однако Земля Хабарова, всё еще сохранявшая статус себерской колонии, это все вообще! И нефть, которой в этом мире крайне мало, и уголь, и пушнина с марганцем, титан и медь, золото, железо, графит и вольфрам, не считая древесины и прочих даров природы.
Так что Александр Шелл являлся не только послом одного из пяти североамериканских государств, что и само по себе немало, – особенно в союзном Техасе, но и представителем одной из старейших и богатейших семей тихоокеанского побережья. Поэтому неудивительно, что оживленный разговор между супругами Шелл и адмиралом Браге просто не мог не привлечь к себе настороженного внимания многих и многих из тех, кто оказался сейчас в
– Быть женщиной в чисто мужском клубе и само по себе непросто, – объясняла между тем Лиза, – но быть лучшей – хуже некуда!
– А вы лучшая? – не меняя заинтересованного выражения лица, спросил посланник.
– Побойся Бога, Саша! – взмахнула веером Антония Шелл. – Если Фиса сказала, что лучшая, значит, лучшая и есть!
«Да, – мимоходом отметила Лиза, – сколько тихаря не стругай, все равно себерца не выстругаешь!»
Поговорка относилась к другим временам и трактовала иные материи, но оказалась вполне уместна и теперь, здесь и сейчас, в этих вот обстоятельствах, а не в других. Взять хотя бы языковой этикет. Жена себерского посланника никогда не обратилась бы к супругу на «ты». Не то что прилюдно, но, пожалуй, и в постели. А уж назвать Александра Сашей, не помянув, к слову, его отчества, это и вовсе моветон! Но в землях, именуемых нынче Тихоокеанским Союзом, за триста лет «отдельной» жизни русский язык претерпел немалые изменения, да и исходный вариант был далек от классического. Туда же больше из Поморья ехали, а не из Новгорода.
– Ну, раз Анфиса рекомендует… – иронично улыбнулся посланник. Впрочем, его ирония была необидная и обращена совсем на другую женщину. Похоже, он продолжал их общую с женой игру. Долгую игру, длиною в пятьдесят лет.
– Надеюсь, вы не приняли нашу пикировку на свой счет? – взглянул он Лизе в глаза, словно угадал, о чем она думает. – Анфиса, конечно, чудная девочка и наша любимая племянница, – пояснил, снова становясь серьезным, но мне про вас рассказывал адмирал Верников. Думаю, его слово дорогого стоит.
И в этот момент Лиза перехватила острый мгновенный взгляд адмирала Маса, который, по-видимому, следил за ними во все время разговора.
«Вот же говнюк! Впрочем…» – но завершить мысль не успела, и хорошо, что так.
– Не скажете, баронесса, с чего вдруг такой ажиотаж? – подняла тщательно выщипанную бровь госпожа посланница. Она тоже, по-видимому, обратила внимание на взгляды, обращенные к их маленькой группе. – Неужели полномочный посол Тихоокеанского Союза не может посплетничать с военным атташе республики Себерия? Союзники, чай, а не враги!
«Военный атташе? – удивилась Лиза, совсем забывшая, если честно, про заявление великого князя Новгородского. – Я? Но я же на службе…»
Однако по факту она была поставлена надо всеми себерскими волонтерами как высший начальник и главный их представитель. И вот об этой «тонкости» Лиза умудрилась забыть. А зря, между прочим, потому что идея, возникшая у Лизы в этот момент, дорогого стоила.
«А что, хорошая идея! – решила она. – Если нельзя скандалить, то интриговать-то мне никто запретить не может! Один раз вышло, так отчего бы не попробовать еще раз?»
– Антонина Федоровна, – обратилась она к госпоже Шелл через пару минут, как раз тогда, когда посланник отвлекся на обмен приветствиями с кем-то из гостей, – не могли бы вы оказать мне дружескую услугу?
– Что-нибудь серьезное? – чуть прищурилась госпожа посланница.
– Как посмотреть, – Лиза позволила себе легкую заговорщицкую улыбку, но ничего более. – Всего лишь несколько слов, сказанных в нужное время в присутствии нужного человека.
– Ну разве что слова… Рассказывайте!
И Лиза коротко, по-деловому изложила Антонии Шелл свою просьбу. Но, разумеется, посвящать госпожу посланницу в детали соревнований по «перетягиванию каната» не стала. Чем меньше людей будут знать о ее унижении, тем лучше. Так что без подробностей. Лишь намекнула – поскольку без этого было никак не обойтись, – что у нее возник конфликт с адмиралом Масом и что «источником недоразумения» является не что иное, как пресловутая мужская фанаберия.
– Ваша реплика могла бы мне очень помочь! – закончила свои объяснения Лиза.
