С тем, чтобы из окна выбраться, оказалось сложнее. На мое счастье, кабинет располагался на довольно высоком, но все-таки первом этаже, причем не в фасадной части здания, выходящей на центральную городскую площадь. Окно выходило в довольно глухой переулок. Внизу действительно никакой охраны, да и вообще людей поблизости не видно. Интересно, пользовался ли когда-нибудь Рэмвилл этим путем и не из таких ли соображений выбрал себе кабинет?
Перекинув обе ноги через подоконник и вцепившись в него обеими руками, я посмотрела вниз и сглотнула. До мостовой – футов пять, не меньше!*
Помнится, гувернантка и домашний учитель преподавали мне столько бесполезных вещей. Но хотелось бы знать, почему юных нисс из приличных семей совершенно не учат лазать? И прыгать!
Подумав еще пару секунд, я решительно мотнула головой, стряхивая шляпу вниз. Парик – штука вполне удобная, особенно короткий. Куда удобнее собственных длинных волос. А вот поля цилиндра будут только мешать.
– Ты справишься, милая! – негромко прошелестело над ухом. – Давай, осторожно сползай вниз и тяни ногу. Там есть выступ. С него ты уже вполне сможешь спрыгнуть. Просто не бойся. Главное в прыжке сгруппироваться… ну, надо будет согнуть ноги, прижать подбородок к груди… вот так.
Я покосилась на него. Дядюшка завис в воздухе в скрюченной позе. И что, это поможет мне не свернуть шею?
Как добралась до выступа – не могу даже объяснить. В какой-то момент все же рискнула снова посмотреть в сторону.
…Пес стоял на стене мордой вниз, как на земле, как будто его просто перевернули. Так ходить умеют только мухи, жуки и, как выясняется, призрачные собаки. Похоже, он неторопливо спускался шагом, подстраиваясь под мой темп, а теперь приостановился, с любопытством наблюдая, как я вжимаюсь животом в стену.
– Да, я понимаю, что тебе уже все равно, ты призрак, – нервно пробормотала я. – Хотя наверняка ты и при жизни мог бы просто сигануть вниз. Не сомневаюсь! Может, даже твой хозяин мог бы. Но, знаешь, я тоже стараюсь! Делаю, что могу.
Пес фыркнул, тряхнув головой, и переступил по стене лапами.
– Прыгай! – подсказал Рэндаф, и я едва удержалась от парочки выражений, каких мне знать, как считается, не положено. Прыгать назад с места, не имея возможности даже согнуть ноги, упирающиеся коленями в стену, та еще задача. – Группируйся!
…Главное – не визжать, поставила я себе цель, зажмуриваясь.
И прыгнула.
Не знаю уж, чему там должна была помочь скукоженная поза в прыжке – ушиблась я изрядно. Хотя, с другой стороны, голову не расшибла и ноги не вывихнула – уже неплохо.
Пес все так же неторопливо, давая мне время встать и отряхнуться, спустился по стене и перешагнул на мостовую. А потом одним прыжком оказался рядом со мной и заплясал на месте, нетерпеливо перебирая лапами и изо всех сил транслируя мне образ своего хозяина и мысль, которую я перевела бы как “А теперь побежали!”.
– Прости, друг мой Пип… – я подобрала цилиндр и мужественно попыталась расправить плечи. – Но я скорее сказала бы, поковыляли…
…В самом деле, зачем кому-то похищать Рэмвилла? И как кому-то могло удасться это сделать?..
Ковылять мне пришлось пару кварталов – куда шла, я не особенно обращала внимание, просто следовала за псом.
А потом удалось наконец поймать кэб.
– Скорее, поехали! – в открытую коляску я забралась не без труда, зато уж в ней с облегчением откинулась на спинку сиденья.
– Куда едем-то, ниссард? – возничий полуобернулся ко мне.
– М… вперед! Я не знаю адреса. Скажу, где повернуть!
Мужчина пожал плечами и наконец тронул.
Только теперь я с беспокойством сунула руку в жилетный карман. К счастью, бумажник оказался при мне. Хорошо, что в участке он был мне без надобности, так что при всех переодеваниях я о нем и не вспомнила. По крайней мере, есть чем рассчитаться с кэбменом.
Призрачный пес безустально продолжал бежать вровень с экипажем, указывая дорогу.
А я только теперь наконец осмотрелась – и осознала, что мы переулками выбрались к пансионату ниссин Крилен и… проехали мимо. Собственно, до него-то как раз я бы, пожалуй, и пешком доплелась.
…До сих пор похищали только девушек-Видящих. Для этого каждую из них так или иначе выманивали из защищенных мест. Вот и Кейлин тоже пытались…
Пип продолжал указывать дорогу какими-то глухими улицами – похоже, именно тем путем, каким следовал его хозяин. Поэтому я не сразу осознала, куда именно мы направляемся.
И только когда призрачный пес кинулся прямо под копыта лошади, сомнений не осталось.
Не знаю, видят ли животные призраков. Но чувствуют они их точно лучше большинства людей. Человек запросто может пройти сквозь призрака. А вот лошадь, которой под копыта кидается призрачный пес, шарахается, пытается встать на дыбы и нервно ржет.
Как только кэбмену удалось наконец успокоить животное, я торопливо бросила ему монету и выбралась.
Дом, милый дом…