На размышление ушла пара мгновений, пока Морейн стаскивал тяжёлый тулуп и ненужные сейчас валенки. Дальше он уже не думал. Просто прыгнул следом за женщиной, которая недавно спасла ему жизнь.
Холод обрушился внезапно. Сразу схватил в свои объятия, заставил задохнуться от ледяного ужаса и тьмы, царившей на дне.
Морейн на мгновение открыл глаза, а потом снова зажмурился. Всё равно ничего не видно. Поднявшаяся со дна муть лезла в глаза и в нос, щекотала сжатые губы.
Хант не позволил панике захватить себя.
Дно он нащупал почти сразу. Здесь всей глубины было три аршина, не больше. Но ледяная вода и полное отсутствие видимости сбивали с толку. Где Оливия? Как её отыскать?
Сосредоточившись на ней, Морейн двинулся вперёд, загребая перед собой руками, чтобы удержать равновесие. Дно он ощупывал ногой, двигая ею во все стороны, прежде чем сделать шаг. Затем то же самое повторял второй.
В какой-то момент ему показалось, что зашёл слишком далеко. Что промахнулся. И Оливия осталась где-то в стороне.
Развернувшись, Морейн двинулся назад. Затем в сторону. И в другую.
Глаза он всё же открыл, надеясь на чудо. Мечтая, что в этой ледяной мути сумеет её разглядеть.
Напрасно.
Воздух подходил к концу. В лёгких уже кололо. Морейн поднял голову, чтобы определить, где именно Оливия провалилась под лёд. И поплыл к светлому пятну на поверхности.
Вынырнув, Морейн несколько секунд дышал, держась за острый край льдины. Холодный воздух раздирал горло, но всё равно был упоительно сладким.
Однако времени отдыхать не было. Оливия слишком долго находится в ледяной воде.
Ошпаренный нехорошим предчувствием, Морейн снова нырнул. На этот раз он не ходил, решив, что так слишком медленно передвигается. А значит, исследовать может меньший участок.
Поэтому Морейн поплыл вдоль дна, одной рукой хватаясь за ил и тонкие скользкие стебли, которые просачивались сквозь пальцы, но всё же помогали продвигаться вперёд. Другой рукой он ощупывал пространство вокруг себя.
Воздух снова заканчивался. Но Морейн уже не спешил подниматься наверх.
Его движения становились медлительными, неповоротливыми. Хант уже с трудом вспоминал, зачем он здесь. Почему купается в холодной воде. И что ищет.
И вообще, так ли ему надо туда, на поверхность? Ведь здесь тоже хорошо.
Холод ушёл. Закоченевшее тело начало расслабляться. И Морейн медленно опустился на дно.
Это было хорошо. Это было правильно. Лежать так и ничего не хотеть. Никуда не спешить. Никого не спасать.
Распирающий лёгкие жар больше не пугал. В смерти нет ничего страшного. Это просто сон. Вечный сон.
Правая ладонь опустилась на что-то мягкое, пушистое, щекочущее кожу даже под водой. Совсем как шуба Оливии…
Имя прозвучало набатом в сонных, заторможенных мыслях.
Оливия!
Морейн сжал правую руку, захватывая в неё то мягкое, так похожее на шубу, и подтянулся. Жадно зашарил ладонями. Это была она, Оливия, безвольно лежащая на дне зимнего озера.
Морейн подхватил её на руки, прижал к себе. Изо всех сил оттолкнулся от дна и поплыл наверх. К солнечному пятну, дразнящее расплывающемуся всего в нескольких локтях от него.
Всё, о чём Хант думал в этот момент, хватит ли ему воздуха, чтобы вынести Оливию на поверхность.
Хватило!
За что Морейн был готов благодарить всех богов, но этого оказалось недостаточно. Стоило увидеть бледное до голубизны лицо Оливии, сердце сжало ледяным капканом.
Нет! Он не позволит ей умереть! Он слишком долго её искал, чтобы сейчас упустить так глупо и бездарно.
Магия слушалась плохо. Словно чувствовала, что хозяин ослаб. Что почти замёрз, почти заснул там, на дне. Однако Хант не собирался так просто сдаваться.
Он подтянул Оливию повыше и перехватил одной рукой, чтобы второй нащупать магические потоки, связать необходимые нити и по привычке беззвучно произнести слова.
Её тело стало лёгким, словно пёрышко. Морейн вытащил её из воды и положил на лёд. Толкнул подальше, туда, где он становился толще. А сам оперся на край и попытался выбраться. Напрасно. Лёд в этом месте был тонким, неспособным выдержать вес тела. Пришлось ломать его кулаками. Вода быстро окрасилась красным, но времени осматривать раны не было.
Всё потом. Позже. Когда он спасёт Оливию.
И всё же странно. Она говорила, что ключи бьют только в северной части, а здесь безопасно. Сколько времени назад это было актуальным? Могли ли родники сместиться? Или здесь забил новый ключ, истончив лёд?
Ответов у него не было. Но эти размышления помогали сосредоточиться на реальности. Отвлечься от стылого холода, что поселился в груди, распространяясь по всему телу.
Забраться на лёд удалось боги знают с какой попытки. Выбравшись, Морейн так и лежал на животе, отвернув голову в сторону, чтобы вода не затекала в нос, и жадно дышал.
То, что озеро их отпустило, ещё ничего не значит. Никто не гарантировал им жизни. Особенно Оливии, которая лежала в паре шагов и не дышала.
Морейн пополз к ней. По-пластунски. Хватаясь окровавленными пальцами за мельчайшие выступы на ледяной поверхности и подтягивая своё тело вперёд. А потом толкая и Оливию.
