— Без вариантов, — подтвердил Рауль. — Нас никогда не выпустят отсюда живыми. Ведь тогда мы станем слишком опасными свидетелями. Клиенты Нортона — птицы высокого полёта, и они ни за что не позволят подмочить свою репутацию. Именно поэтому Леон так свято бережёт покой своих хозяев. И когда наш срок годности истечёт, нас за ненадобностью просто вычеркнут из жизни.
Он вдруг снова чему-то усмехнулся и неожиданно подмигнул Джейку.
— Ты, главное, не делай резких движений, просто прими к сведению, — его голос звучал сейчас тише обычного. — Видишь, над нами люстра?
Джейк, не поворачивая головы, осторожно покосился наверх. С потолка свисала большая трёхъярусная люстра, состоящая из множества стеклянных подвесок. От малейшего колебания воздуха стекляшки приходили в движение и переливались на свету, словно россыпи алмазов.
— Эта люстра непростая, — продолжал Рауль. — В ней спрятана камера. Об этом мало кто знает даже из наших. Я думаю, что таким образом Нортон страхуется от влиятельных клиентов. В случае чего, он легко может их шантажировать. Теперь ты понимаешь, какой это скользкий тип? Не удивлюсь, если он и сейчас наблюдает за нами.
— Да уж… дальновидный господин, — согласился Джейк.
Он в задумчивости покусал нижнюю губу, потом поднялся с кровати и, сунув руки в карманы брюк, неторопливо прошёлся по комнате взад-вперёд. Босые ноги мягко утопали в ковре. То, что сказал Рауль, не было для него откровением. Судя по тому, как у них тут всё серьёзно налажено, иного исхода для узников и не предусматривалось.
Он постоял возле Рауля и не слишком уверенно произнёс:
— Мне кажется, из этой ситуации есть только один выход — это новый побег.
Парень терпеливо взглянул на него.
— Тебе мало прошлого раза? Обычно Леона трудно чем-то разозлить, но ты довёл его до бешенства — он никогда не простит тебе эту выходку. Да ты и жив-то только благодаря Коллинзу. И потом… у тебя нет ни единого шанса, у Леона везде свои люди. Даже в полиции.
— Это несколько усложняет дело, но не меняет его, — возразил Джейк. — Если придумать хороший план, думаю, шанс есть всегда.
Рауль молча потирал ладонями колени, словно что-то обдумывал.
— Послушай, Джейк, — наконец сказал он. — Если ты надумаешь бежать, я буду всем сердцем, всей душой молиться, чтобы у тебя всё получилось. Возможно, ты станешь первым, кому удастся этот побег, вот только… что ты будешь делать до того счастливого момента? Ведь Леон не даст тебе сидеть сложа руки. Хочешь ты того или нет, он заставит тебя работать.
Джейк опустил голову и с досады скрипнул зубами:
— Этого-то я и боюсь… Единственное утешение: у меня нет семьи как у тебя, нет близких людей, нет даже любимой девушки. Ему будет сложно меня заставить.
— Поверь, он заставит. Кто слаб духом, тот ломается особенно быстро. У Леона к каждому свой подход и кроме Алекса у него не было осечек. Работают все. Так что кроме побега у тебя остаётся всего лишь два варианта: или подчиниться им, или…
— Или… — поспешно отрезал Джейк, — и никак иначе.
— Ну, тогда тебе придётся несладко.
В этот момент дверь широко распахнулась и в дверном проёме возникла худощавая спина Барни. Пятясь задом, мужчина катил следом за собой сервировочный столик на колёсиках. На нём стояли небольшой судок с крышкой, кофейник, подставка с варёным яйцом и тарелка с пузатой булочкой. Оставив тележку с едой возле кровати, он обернулся к Джейку и указал на неё кивком головы.
— Босс велел накормить тебя. Так что набирайся сил, приятель, они тебе скоро понадобятся.
Он самодовольно ухмыльнулся и вышел из комнаты. Дверь закрылась за ним на два оборота ключа.
— Барни прав, — тихо сказал Рауль, глядя на тележку с подносом. — Тебе обязательно надо поесть.
Джейк пожал плечами, уселся на кровать и послушно придвинул к себе сервировочный столик.
Он открыл крышку судка и чуть не захлебнулся слюной. Там оказался ароматный горячий куриный бульон. Желудок мгновенно сжался от запаха еды и тоскливо заныл, справедливо требуя наполнить его пищей. Рука сама потянулась за ложкой.
Рауль одобрительно закивал головой.
— Ты ешь, ешь, — сказал он, — я специально заказал для тебя бульон. Твоему пострадавшему желудку он пойдёт только на пользу. Вот съешь и сразу почувствуешь как прибывают силы.
Последняя фраза Рауля привела Джейка в чувство. Прибывают силы? Для чего? Для того, что бы какие-то блудливые уроды превратили его в свою интимную игрушку? В безропотного секс-раба?!
Он торопливо сглотнул слюну и с сожалением отвёл взгляд от судка с едой. Значит, у Нортона не было осечек кроме Алекса?.. Ну что ж, тогда придётся устроить ему ещё одну.
Он положил ложку на поднос и решительно оттолкнул от себя тележку.
— А знаешь что… я объявляю голодовку.
Брови Рауля в недоумении поползли вверх.
— Голодовку?
— Да, — подтвердил Джейк, — голодовку. Врага лучше бить его же оружием.
Рауль некоторое время смотрел на него пристальным изучающим взором.
— Похоже, ты не собираешься сдаваться, — сказал он тоном, похожим на сочувствие.
Он пересел из кресла на кровать поближе к Джейку и взял его за руку.
