На моих глазах они оторвали кукле руки, ноги, голову и сказали, что с моей семьёй будет то же самое, если я не подчинюсь, сбегу или попытаюсь покончить с собой. Эти нелюди запросто могли привести свою угрозу в исполнение, а я слишком люблю моих девчонок, чтобы так рисковать. Мне не оставалось ничего другого как согласиться. С тех пор я живу в аду…
Глаза Рауля заблестели. Он замолчал и закрыл лицо ладонями.
— Сволочи, — едва слышно обронил Джейк.
Ему от души было жаль поникшего парня, но он ничем не мог помочь. Хуже того, его самого поджидала впереди похожая участь.
Неожиданный щелчок дверной ручки заставил его вздрогнуть и обернуться. В приоткрытую дверь просунулась голова высокого худощавого мужчины с тёмной повязкой на голове.
— Рауль, как там новенький, очухался? — спросил он и тут же умолк, заметив, что Джейк благополучно сидит на кровати.
Рауль поднялся с места.
— С ним всё в порядке, Барни.
Он подхватил с пола кружку, таз с водой и вручил их мужчине.
— Только его обязательно нужно покормить, — добавил он. — Передай Себастьяну: пусть приготовит то, что я просил.
Барни кивнул и, стараясь не расплескать воду, попятился с тазом к выходу. Чья-то невидимая рука тут же притворила за ним дверь, предусмотрительно заперев её на ключ.
Они снова остались одни.
Джейк сел на кровати, опустив босые ступни на пушистый белоснежный ковёр. Рядом с кроватью валялись снятые с него ботинки, носки и форменная рубашка, вся изорванная и запачканная. Злая ирония тронула его губы: и что за люди такие — никакого почтения к форме, один только разврат на уме! Ну хоть штаны оставили и на том спасибо.
Он бросил осторожный взгляд на дверь и тихо позвал:
— Рауль…
Парень неторопливо подошёл к нему и остановился, вопросительно заглядывая в лицо.
— Скажи, отсюда действительно никто и никогда не сбегал? — спросил Джейк.
Рауль неопределённо пожал плечами, потом опустился в кресло напротив него.
— На моей памяти такого пока не было, — угрюмо ответил он.
— Надо же, прямо Алькатра́с какой-то. И где же расположено это неприступное заведение?
На лице Рауля отразилось удивление.
— Разве Леон не сказал тебе? Мы находимся в акватории Святого Лаврентия. Практически на границе с Канадой.
— Тысяча островов! — воскликнул Джейк. — Я почему-то так и подумал.
— Да, это тот самый архипелаг, — согласился Рауль. — Именно на одном из его островов Леон и содержит свой элитный притон. Под благопристойной вывеской гольф-клуба, разумеется. Все его клиенты — довольно богатые и знаменитые люди. И они хорошо платят ему за те необычные услуги, которые он им здесь оказывает.
Джейк не смог удержаться от восклицания:
— Боже мой, Рауль! Но ведь это не тюрьма с высокими заборами под напряжением и злобными овчарками возле каждого столба. Кругом же люди! Здесь полно туристических маршрутов, каждый день мимо острова проплывают десятки судов. Как им удаётся сохранять всё в тайне?! А персонал? Неужели за всё время никто из них так и не отважился сообщить в полицию о творящемся тут беспределе?
Рауль слегка наклонился к нему, свесив между коленями сплетённые пальцы рук.
— Ты забываешь, Джейк, это — частная территория и чужакам тут не место. Что касается заборов под напряжением, то их с лёгкостью заменяют глубокие воды залива. А парни из охраны Нортона дадут фору любой самой злобной овчарке. К тому же Леон хорошо оплачивает труд своих наёмников, куда наверняка входит и плата за молчание. Они все, в том числе и персонал, его негласные соучастники. Леон не берёт на работу кого попало, — он умолк, и лицо его вдруг сделалось мрачным и негодующим одновременно. — За всё время только одному человеку удалось покинуть эти стены. Правда, несколько иным путём: он повесился на решётке собственного окна, чем вызвал у Леона бешеный приступ ярости. Ведь Алекса заказал один очень влиятельный господин, выложив за него чуть ли не целое состояние. А парень, видишь ли, предпочёл смерть.
Джейк вздохнул.
— И много тут таких как мы?
— Натуралов-то? — рассеяно отозвался Рауль, глядя на свои длинные, сцепленные в замок пальцы. — Немного. Кроме нас с тобой ещё двое парней. Но они живут этажом ниже, вместе с остальными. Нортон хорошо их выдрессировал — они берут корм прямо из его рук.
— С остальными? — удивился Джейк. — Разве у Леона есть ещё кто-то?
Рауль поднял на него глаза.
— А ты как думал? — спокойно сказал он. — Надо же клиентам с кем-то развлекаться. На Леона работают шесть человек, и он им щедро платит. Все они — законченные гомики и готовы идти за ним в огонь и в воду. У них свободный доступ на остров и обратно, но они предпочитают жить здесь.
— А как же те двое?
— Те двое пашут как негры, — сказал Рауль и недобро усмехнулся. — Я не в курсе, что посулил им Леон за усердную работу, но только знаю точно: выпускать их за пределы острова он не собирается. Боюсь, ребята даже не догадываются, в какое дерьмо они вляпались… Но мне-то хорошо известно, что ждёт нас всех впереди. Я ведь здесь не только рабочая лошадка, а ещё и врач. Кое-где бываю, кое-что слышу.
— Значит… всех в расход, — тихо сказал Джейк.
