Алина застыла на месте, глядя ему вслед. Затем резко рванула вперед и, догнав, снова вцепилась ему в руку, повисая на ней.
— Стой! Стой! — закричала она, изо всех сил пытаясь заставить его остановиться. — Куда же ты?
Дядя её не слушал. Он упорно пытался продолжать идти вперед, не обращая внимания на тянущую его назад Алину. Всё ещё не возможно было в это поверить. Хотя всё казалось очевидным. Но она не могла до конца осознать происходящее. Это же невозможно! Одно дело - да, поверить в реальность Тетради Смерти и в то, что лист из неё на самом деле лежит у тебя в сумке. И что все это на самом деле. Но осознать, что родной человек сейчас находится под её действием… Нет! Его имя не записано там!
— Нет! — закричала Алина. Сердце бешено колотилось от ужаса. Собрав все силы, она потянула его назад. Это какое-то недоразумение! — Перестань! Прекрати меня разыгрывать!!!
Голос срывался. Кажется, у неё началась истерика. В ответ на её попытки его остановить, дядя резко вырвал свою руку. От неожиданности Алина не удержала равновесия и упала на асфальт, содрав кожу на ладони. В том самом месте, где уже поранилась, лазая тогда по свалке. Шипя от боли, она поднялась на дрожащие ноги.
Павел был уже на середине проезжей части, двигаясь к противоположной улице. Не по пешеходному переходу, игнорируя правила дорожного движения, которые всегда честно соблюдал. Уходя всё дальше и дальше. Он уходит. Его имя в Тетради. Это реальность.
«Если это так, я ничего не сделаю… — пронеслось в голове. — Он идет навстречу своей смерти. И я ничего с этим не поделаю».
Нет! Она его не отпустит.
— Нет, пожалуйста… Дядя, не уходи, не бросай меня, — пробормотала она, трясясь от внезапного озноба и чувствуя, как по щекам текут слезы. — Ты не можешь…
Алина кинулась ему вдогонку. Схватить. Держать силой. Позвать на помощь. Сделать хоть что-нибудь. Но не отпускать навстречу своей смерти.
Внезапный резкий гудок заставил её передернуться и на мгновение остановиться. Повернув голову налево, Алина застыла на месте. Прямо на неё двигался автобус. Он был всего в полуметре. Она успела лишь рассмотреть водителя в серой клетчатой рубашке, махающего рукой и что-то кричащего. Номер автобуса, горящего на табло. И подумать о том, насколько ей будет больно, когда эта махина, которая уже не успеет затормозить, врежется в неё. Видимо, сегодня она уже не попадет в университет.
====== Часть III. Глава 6. Прошлое и будущее ======
“Что больше всего хочет сделать человек, совершивший ошибку?” – вопрос, который Рюук задал детективу L в конце их последней встречи. Ответ очевиден и нужен был, чтобы намекнуть Элу, ничего конкретно не объясняя. Как он в принципе делал всегда. Будь то L или Кира. В том, что детектив сам пришел к нужным мыслям, сомнений у Рюука практически не было, но все же подстраховаться не мешало.
“Что больше всего хочет сделать человек, совершивший ошибку?” Лайт-то себя совершившим ошибку абсолютно не считал. А Руюк в принципе именно на него и не намекал. Он намекал на них обоих, но главное было донести суть этой фразой.
Миса не захотела селиться в дешевом отеле. У неё было достаточно денег, чтобы позволить себе что-то лучше, поэтому её выбор пал на гостиницу «Минск» на площади Независимости. Пусть и не “Плаза”, но и не дешевый придорожный мотельчик. По крайней мере она, будучи моделью, считала себя достойной комфортного проживания. Лайт не стал спорить, по всей видимости, считая: вероятность, что детектив L будет искать их именно здесь не больше, чем где-либо в другом месте. Поддельных документов у них не было, но они не потребовались. Лайт смог расположить к себе персонал, а деньги доделали всё остальное. Ягами хотел остановиться в обычном двухместном однокомнатном номере, но Миса настояла на люксе. И Лайт не стал спорить. Ему, очевидно, было всё равно. А Рюуку и подавно.
Уютный номер в светлых бежевых тонах с небольшой гостиной и просторной ванной комнатой пришелся Мисе по вкусу. Хотя сама ванная, по её мнению, несколько маловата.
Прошло не так много времени с их появления в другом мире, и случилось кое-что из ряда вон выходящее. Как всегда во всем была виновата Миса. Вернее, по мнению Лайта, всегда считавшего блондинку недалекой путающейся под ногами блохой, она и на этот раз подтвердила своё звание.
Миса умудрилась засветить Тетрадь. Причем не просто засветить, а выставить напоказ со всеми вытекающими отсюда последствиями. Была ли она так уж виновата, или то было дело непредвиденного случая – Рюук не стал об этом задумываться. Ему было в принципе все равно. Даже наоборот. Он был рад, ибо уже начал скучать, решив, что Лайт собирается просто прождать спокойно нужное количество дней в этом мире, ничего, в сущности, не предпринимая в отношение своих обычных обязанностей Бога Нового мира. Или миров. Или кем он там считает себя теперь.
