Приняв решение, Феликс снова глубоко вдохнул и, пригнувшись, чтобы не удариться головой, перекинул ногу через подоконник. Ухватился за него, высунул вторую ногу, а потом повис на руках. Феликс шарил ногами по заштукатуренной стене, пытаясь найти, во что бы упереться. Воздух был теплым и липким из-за высокой влажности, а в ноздри бил солоноватый запах с реки. Феликс не мог решиться, плечи болели от напряжения и попыток подтянуться.
А потом он разжал пальцы.
Марлоу стояла перед сейфом в кабинете Ли, скрывавшая его картина с парусника была открыта как дверца. Кроме нее и Бо, в кабинете никого не было. Он сказал Джейсону и Дарси оставаться в гостиной, чтобы следить за остальными.
Она отчетливо ощущала присутствие Бо за своей спиной и теперь, когда буря стихла, даже слышала его спокойное ровное дыхание. Марлоу начала поворачивать замок, чтобы ввести комбинацию, когда снаружи раздался металлический лязг – она вздрогнула и отпрянула от сейфа.
– Что это такое? – требовательно спросил Бо. – Как будто что-то упало. Рядом с домом.
– Не знаю… Шторм мог что-нибудь повалить. Ветку или еще что-то.
– Не думаю, что это ветка.
– Может, еще один уличный зонт? Или черепица с крыши, или спутниковая тарелка… Ветер был сильный, так что это может быть что-угодно.
Бо кивнул в сторону сейфа.
– Шевелись – хочу посмотреть, что там творится.
Марлоу вернулась к сейфу. Ее пальцы дрожали, когда она крутила колесико замка, чтобы сбросить настройки: она повернула его вправо, потом влево и снова вправо. Распахнула дверцу и открыла сейф. Там хранились какие-то бумаги, небольшая сумма наличных, украшения Марлоу и часы «Бэтмен», которые она подарила Ли на сорок пятый день рождения. И, конечно же, рисунок Сезанна, из-за которого в их доме оказались эти люди. Она отступила, полагая, что Бо захочет порыться в сейфе.
– И это тот самый эскиз? – Бо кивнул на вправленный в раму рисунок, еще завернутый в коричневую бумагу. – Доставай, давай-ка на него посмотрим.
Марлоу достала рисунок из сейфа и перенесла его на стол Ли. Она осторожно извлекла его из бумаги и положила лицевой стороной вверх, чтобы Бо мог его разглядеть.
Бо наклонился, чтобы оценить карандашный набросок.
– И это все? Так ведь это только пара фруктов на столе…
– Это натюрморт. Сезанн рисовал их сотнями. Он считал, что благодаря эскизам видит мир яснее. Можно сказать, что так он тренировался перед тем, как приступить к работе над картиной.
– И что тут такого особенного? Такое и ребенок нарисовал бы.
Марлоу почувствовала укол раздражения.
– Этот рисунок ценен, потому что создавший его человек считается одним из величайших постимпрессионистов. Но здесь дело не только в атрибуции – рисунок отличает особая ясность восприятия и сбалансированность композиции. Изящество в простоте.
Несмотря на опасность, которая грозила и самой Марлоу, и всей ее семье, она не могла не восхищаться этим прекрасным рисунком, который годами приносил ей столько счастья. Неужели она смотрит на него в последний раз? Марлоу уже теряла близких и хорошо знала боль, которую причиняет настоящее горе. Эскиз был неодушевленной вещью, но она будет по нему скучать. Он связывал ее с прошлым и будущим, с родителями и их наследием.
Бо покачал головой.
– Без обид, Марлоу, но звучит как полная чушь.
– Если он тебе не нужен, буду рада убрать его обратно в сейф.
– Даже не надейся. – Бо махнул пистолетом на рисунок. – Упакуй его.
Марлоу обернула рисунок коричневой бумагой и закрепила ее скотчем.
– Тогда зачем его брать, если он тебе даже не нравится?
– А я и не говорил, что планирую повесить его себе на стену.
– То есть ты крадешь его для кого-то?
Марлоу слышала о ворах, которые крали произведения искусства по заказу. По одной из теорий, именно так произошло ограбление Музея Изабеллы Стюарт Гарднер в 1990 году. Среди похищенных произведений искусства были работы Рембрандта и Дега, и стоили они сотни миллионов долларов. Найти картины и рисунки так и не удалось, но предполагали, что похитителям заплатил некий недобросовестный коллекционер. Другие воры крали произведения, считая, что продадут их на черном рынке, и даже не догадывались, настолько это трудно. Установить подлинность похищенного произведения практически невозможно, и даже если это сделать, то вряд ли через eBay удастся продать украденного Ротко и Джексона Поллока.
– Об этом не волнуйся, – сказал Бо. – Тебя это не касается.
Марлоу уставилась на него.
– Но это мой эскиз, мои родители хранили его с тех пор, как я была ребенком. Естественно, что я из-за него переживаю.
– Ты открыла сейф ради безопасности своей семьи. Так что, считай, ничего не потеряла. – Бо как будто пересказывал книгу по саморазвитию для бизнесменов.
