Австралийский миллиардер Итан Карвелл вычеркнул Мию Стюарт из своей жизни семь лет назад. Но случай свел их снова. Миа беременна, причем утверждает, что отец ее ребенка — покойный брат Итана. Сам Итан Карвелл уверен, что Миа наконец — то показала свое истинное лицо, она хочет заполучить деньги его семьи.
Не поднимай глаз.
Не поднимай глаз!
Снова и снова Мия повторяла эти три слова, зная, что только так сможет пережить этот ужасный день. Усилием воли она попыталась сконцентрироваться на том, что говорил священник. Ее руки дрожали так, что читать было невозможно. Впрочем, даже от одного взгляда на фотографию Ричарда слезы застилали глаза, а грудь изнутри разрывал крик. Так закончилась прекрасная жизнь. Все остальное было бессмысленно.
Сегодня все было бессмысленно. Ничто в строгом убранстве церкви, в суровых лицах людей не имело отношения к тому, каким был Ричард. С одной стороны расположились его верные друзья, мечтатели, так называемые путешественники по жизни, которым обычно достаются места только в последних рядах. Семья же Карвелл и ее окружение расположились впереди. Все в черных костюмах, они изнемогали от непривычной жары.
Она наблюдала за церковной службой, крепко сжав губы, испытывая гнев по отношению к семье Карвелл, к этому бесчувственному воплощению финансовой мощи.
Даже фотография Ричарда, выбранная ими, не соответствовала тому образу Ричарда, что запечатлелся в ее памяти. Строгая деревянная рамка, а на самой фотографии Ричард — в костюме и галстуке, а не в мятых шортах и футболке, которые он носит не снимая.
Носил.
Эта мысль отозвалась жгучей болью во всем теле. Она обхватила живот, чувствуя жизнь внутри, и приказала себе успокоиться, чтобы не навредить ребенку, которого носила.
Ребенку Ричарда.
Когда все поднялись со своих мест, Мия еле держалась на ногах. А надо дотерпеть до конца церемонии, чтобы не привлекать к себе внимания.
Глядя в пол, пока мимо проходила траурная процессия, она почувствовала ужасный запах ладана, исходящий от кадила священника. Тот самый запах, который она запомнила на похоронах ее отца, два года тому назад. Как только в церкви воцарилась тишина, Мия медленно подняла глаза. Ее взгляд был прикован не к гробу, а к темной фигуре, следовавшей позади, к облику, что населял ее сновидения вот уже семь лет, к тому, кто когда-то любил ее. Мия увидела глаза, которые, было время, смотрели на нее с обожанием.
Итан.
Она увидела лишь его надменный профиль, когда он прошел вместе с мрачной процессией и занял место в первых рядах. Он пристально смотрел прямо перед собой, пока священник приветствовал всех собравшихся здесь в этот печальный день.
Она не сводила с него глаз, в сотый раз отмечая, насколько он отличается от своего младшего брата. Ричард, светлокожий, с золотисто каштановыми волосами, такой ранимый и хрупкий, был абсолютной противоположностью этому уверенному импозантному брюнету, на голову выше всех стоящих рядом. Выражение лица Итана оставалось бесстрастным и тогда, когда все запели псалом. Лишь крепко сжатые губы да белые от напряжения костяшки пальцев, так заметные на фоне его безупречного черного костюма, выдавали его чувства.
Только теперь, когда голоса заполнили собой все пространство церкви, псалом стал обретать для нее смысл. Каждое слово, казалось, оседало на руинах ее души, как пыль. Только теперь она прочувствовала, начала понимать его: волшебство любви, не подверженное времени, обещание вечного покоя. И пока слова парили в воздухе, в этот нескончаемый миг жизни, Миа думала и мечтала только об одном: лишь бы человек, что стоял впереди, далекий и отчужденный, перестал быть столь значимым для нее.
Мия знала, что сегодня будет тяжелый день, но не только из-за прощания с Ричардом. Все последние слова она сказала ему уже давно. Она растратила большую часть своего горя, когда день за днем рак разрушал тело Ричарда, будто варвары разбивали прекрасную статую. Вначале стала давать осечки его память, затем последовало нарушение основных функций организма. Мия еще могла справиться с собой, пока угасало его блестящее чувство юмора, когда он с трудом пытался закончить фразу, но, когда одним ужасным утром его глаза не узнали ее, это оказалось выше ее сил. Ричард не улыбнулся, когда она вошла в его залитую солнечным светом палату, и в тот момент Мия поняла, что для Ричарда, ее дорогого, милого Ричарда все кончено. Мия попрощалась с ним тогда, именно в то утро.
Сегодняшний день был лишь формальностью — заключительной частью трагического финала.
А теперь вот она увидела Итана. Мия надеялась, что та боль, которую она испытывала все эти семь лет, после того, как Итан жестоко отверг ее, утихла, что ее чувства к нему умерли и что встреча через столько лет позволит им сблизиться.
Но, как только Итан встал со скамейки и прошел к алтарю, у Мии перехватило дыхание, совсем как тогда, когда она увидела его в первый раз.
Сейчас Итан показался ей выше ростом и шире в плечах. Его волосы, все такие же черные, были немного короче, чем семь лет назад. Прошедшие годы обошлись с ним явно благосклонно. Двадцатитрехлетний юноша превратился в настоящего мужчину.
