И Андрея Васильевича несколько раз предупреждают о необходимости действовать осторожно, не терять бдительности: «А береженье накрепко от Кучюма царя держати». И в то же время вести активную борьбу с ханом, главным противником русских в Сибири: «Над Кучюмом царем промышлять большими посылками, чтоб над ним поиск учинить, а себя от него уберечь».
Более того, князю Елецкому отдан был приказ, обустроившись, проведя разведку, собрать силу и организовать генеральное наступление против Кучума. В скупых строках документа приказ этот отражен со всей ясностью и прямотой: «Проведав про него [Кучума] подлинно, послать на него посылку большую конных Казанских всех и из Тобол<ьск> а с вогне<нным> боем: Тобольских и Тюменских литв<у>, и атаманов, и казаков, и служивых татар, и башкирцов, и тутошних ясашных татар, перебрав лутчих».
Назван и второй, после Кучума, неприятель России в Западной Сибири: ногайский мурза Алей.
Для выполнения многоразличных задач Елецкий получил солидную воинскую силу. С ним отправился отряд дисциплинированных, хорошо обученных и вооруженных московских стрельцов: «С сотником стрелецким с Самойлом с Лодыженским московских стрельцов 100 человек; с другим сотником с Замятнею Шокуровым 47 человек», а также конных служильцев: 100 татар казанских и свияжских, 300 башкир, 4 русских «сына боярских» — в роли сотников; 50 конных стрельцов из Казани, 50 пищальников из Лаишева (из числа пленников, взятых на западных фронтах), 50 «казаков польских» из Тетюшей; «и всего из понизовых городов велено послать с Мамлеем 554 человека конных». К отряду князя Елецкого тобольский воевода должен бы добавить «литвы, и черкас, и казаков добрых конных с вогненным боем с головою с Своитином с Рупосовым 100 человек, да татар тобольских служивых конных с атаманом с Черкасом с Александровым да с головами с Баисеитом да с Байбахтою 100 человек». Из волостей иртышских предписывалось собрать еще 300 «ясачных татар» конников, плюс еще 150 пеших с пищалями на судах. Из Тюмени князь также получал сводный отряд «литвы, и черкас, и казаков конных 40 человек; да татар тюменских, верхотурских, ондреевских, и беляковцов, и зырянцов, у которых заклады пойманы в Тобольской и в Тюмень и измены от них не почаеть, выбрать велено добрых 50 человек конных». А «из Таборов и с Кошуков» — еще 50 конных татар. К ним добавлялось 80 плотников «пермич». И всего для строительства и защиты нового города — Тары — велено было направить с князем Елецким «конных 1194 человека, а пеших 347 человек; и обоего 1641 человек конных и пеших ратных людей»[119].
Для Сибири — поистине невиданная сила, Ермак имел намного меньше людей. Меньше ратной силы собиралось и под командой В. Б. Сукина, Д. Д. Чулкова, положивших во второй половине 1580-х колоссальную область под ноги царю Федору Ивановичу.
То, что столь значительное полевое соединение собрали под командованием князя Елецкого, показывает, какую ставку делала Москва на новый городок Тарский.
Эта сила приобретала дополнительной мощи благодаря тому, что с нею был отправлен «наряд» — артиллерия, а именно три легких орудия. Одно из них представляло собой пищаль с ядром в «4 гривенки», другое — пищаль с ядром в «2 гривенки», а третье аналогично второму, только везли его не из коренной России, а из Пелыма, и обеспечение третьим орудием возлагалось на тамошнего воеводу князя Петра Горчакова. Будущая крепость получила также 10 «затинных» и 10 «долгих» пищалей — это уже не пушки, а крупнокалиберные дальнобойные ружья. По опыту оборонительных операций русской армии они наносили осаждающему крепость неприятелю тяжелый урон, но были малопригодны для использования в полевых соединениях из-за своей тяжести[120].
По данным Г. Ф. Миллера, базирующимся на документальной основе, место для фортификационных работ было выбрано не сразу. Его изначально наметили при реке Таре, впадающей в Иртыш, но было найдено более удобное место на речке Агарке, впадающей с западной стороны в Иртыш. Там-то и был построен город, впоследствии получивший название Тары[121].
Довершив строительство крепостных сооружений, князь Елецкий несколько раз отправлял свои отряды против Кучума. Его люди отгоняли хана и показывали местному населению, что Тара располагает вооруженной силой, способной вести успешную борьбу даже со столь грозным противником. Но сам хан избегал «прямого дела», как называли в ту пору крупное полевое сражение[122].
