Маг называет цифры с нескрываемым удовольствием. Гордится результатом своей работы. Приятно от того, что нашелся хотя бы один человек, которому интересно то, что он делает. Да и не так часто его вообще кто-то слушал.
Услышав цифры, мне остается только изумленно присвистнуть. Высказать свое восхищение более внятно мешает засветившийся магический шар. Княжич вышел на связь. Я накрываюсь завесой неслышимости и отвечаю на вызов.
— У нас проблемы с принцессой. Полчаса как заслоны с ее покоев сняли, а вывести не можем.
— Почему?
— Выходить не хочет.
Елизар поворачивает свой шар так, чтобы мне было лучше видно. Слышно-то и так более чем. Звон бьющейся посуды и грохот падающей мебели. Из комнаты пятится герцог Хайда.
— Вали отсюда, кому сказала! Тоже мне, дедушка сыскался. Вали, сутенер старый! И принца своего облезлого прихватить не забудь!
Хм, общение с собранными великим магистром девочками из бедных неблагополучных семей заметно обогатили словарный запас и эрудицию принцессы.
— Принцесса Росана не хочет за тебя замуж? — подвожу итог увиденному.
— Ага! — радостно сообщает взбодренный взаимностью чувств Елизар.
— Сам виноват. Кто ж так принцесс от злых колдунов спасает? Виданное ли дело, вместо белого коня каурая кобыла, короны на голове нет, голов зарубленного дракона — тоже. Да кто за тебя такого замуж выйдет?….А хочет-то она чего?
— В окошко выброситься.
— От меня что требуется?
— Может, успокоить как-нибудь, усыпить… И мага — лекаря прихвати с собой.
— Зачем?
— Росана требует. Я-то почем знаю, зачем ей лекарь.
— Погоди минуту не отключайся.
Я отодвигаю завесу. Маг, забыл, как его зовут, поднимает на меня тяжелый взгляд. Время приятных разговоров вышло. Он приготовился выслушать приговор. В чем-то он прав. Я задаю вопрос в лоб.
— Как вы относитесь к принцессе Росане?
Ответ я, похоже, не получу. Но он и не нужен. Безнадежно влюбленных во всяких там принцесс безродных идиотов по роже видно.
— Княжич, держись: мы идем. И да здравствует король, который теперь у нас есть!
«Думные бояре Великого княжества Росавейского, я люблю вас! Люблю! Люблю!! Люблю!!! Люблю ваше многочасовое занудство. Люблю ваши беспричинные жаркие склоки. И даже единичные случаи мздоимства тоже люблю. Почему я не говорил вам этого раньше? Да я и сам не знал, ибо молод и глуп, и не с чем мне было сравнить! А теперь — есть!!!»
Такие, или примерно такие мысли все крепче овладевали княжичем Елизаром к концу третьего часа заседания Высшего Королевского Совета Джахана.
Придворные советники и не думали протестовать против кандидатуры принцессы Росаны, никоим образом! А о претенденте на ее руку и сердце, а значит, и на королевскую корону вообще речи пока не шло. У Королевского Совета нашлись дела поважнее.
Первый час ушел на поиск консенсуса по вопросу о том, может ли бессмертный король умереть. При всей очевидности факта смерти (на церемонии прощания с усопшим вчера присутствовали все) дискуссия вышла жаркой. Основных позиций оказалось три: король бессмертен, но он умер; король бессмертен, поэтому не мог умереть; король умер, но так как он бессмертен, то должен оставаться на троне. Причем, внутри каждой партии выкристаллизовывались фракции разной степени непримиримости.
Пришли ли они в ходе дискуссии к какому-либо общему мнению, или просто плавно перетекли государственной мыслью к следующей теме, княжич так и не уловил. Но сейчас горячо обсуждалась проблема королевского завещания. Его, естественно, нет. С этим фактом согласны все. Но советников терзали сомнения, мог ли бессмертный король, чья власть вечна, в принципе оставить юридически значимое завещание? Если нет, то не создает ли это опасный прецедент неподчинения королевской воле, пусть даже со стороны самого короля? Если да, то…
Да будет этому конец, в конце-то концов?! Член Совета герцог Хайда уже несколько раз хватался за меч, обещая немедленно зарубить особенно велеречивого оратора. Герцога уважали, поэтому его замечания принимали к сведению, заносили в протокол, оратора лишали слова, но… на его месте тут же появлялся новый оратор.
Княжич выскользнул из зала заседаний в холл. Почти король Ризван спал, сидя прямо на полу и прислонившись спиной к стене. Почти королева Росана калачиком устроилась у него на коленях….
…Несколько часов назад, этот парень вышел из портала в башне принцессы вслед за Зыряном. Елизар и глазом моргнуть не успел, а росавейский маг едва ли не пинком втолкнул королевского лекаря в дверь, за которой держала круговую оборону принцесса. Хайда с гневным воплем ринулся следом, да замер на пороге, выронив меч и придерживая руками челюсть.
Его единственная внучка с радостным визгом повисла на шее проклятущего черного мага. Ошеломленный не меньше герцога лекарь не знал, куда девать руки. Несколько минут стоял по стойке «смирно», наконец решился слегка прикоснуться к платью девушки. Та еще плотнее прижалась к его груди.
