– Без тя знаю! – ответил Роман. – Ты дорогу-то на Молдаву знаешь? – поинтересовался Роман.
– Нет. Надо сыскать, кто знает, – сказал Иван.
– Кто знает? – усмехнулся Роман. – Купцы, да и те не все знают. А их не возьмешь.
– Они одни не ездят, – заметил Иван.
– Это понятно. Искать опасно. Ты спросишь, а он возьми и скажет кому. А это до великого князя дойдет. Те-то что. Ну… выпорет тя великий князь. А мне… головенку… рыбам отдаст.
– Не отдаст! – неожиданно твердо сказал Иван.
Роман даже посмотрел на него.
– Ладно, думаю, найду всех. Но только ответь мне: добрались, а она, может, уже замуж вышла. Что тогда делать будет? – поинтересовался Роман.
– Нет, думаю, нет. Но если так, – он вздохнул, – значит, так угодно Господу нашему. И будет у мня жена кривоногая, – с горечью сказал он.
Роман оказался деловым парнем. Как он и говорил, набрал человек двадцать. В основном это были боярские дети, умеющие себя защитить. Отряд был готов к тайному отбытию, но их задерживало отсутствие проводника, который не даст заблудиться.
Знающим дорогу на Молдавию был служка купцов Елферьевых, который не раз ходил с ними на юг. Роман нашел его. Тот согласился, но запросил за это тридцать рублей. Роман покряхтел, но согласился, поинтересовавшись, когда его хозяева собираются в Кафу.
– Да они давно собрались, – сказал тот, – но не могут отъехать. Договорились было, да корабль кто-то сжег, то еще какая беда. Уж не с ними ли вы? – напугавшись, спросил он.
– Не… мы сами, – ответил Роман.
– Ну, слава те! – облегченно вздохнул служка, боясь лишиться такого заработка.
«Тридцать рублей – это кусок землицы, домишко, скотинка, живи да радуйся!» – вот какая была у него мыслишка, и он ею жил.
Узнав, что отцовский казначей вот-вот даст задуманную сумму, Иван позвал Романа и служку, чтобы обсудить, каким путем им двигаться в Молдавию.
– Тут есть много путей. Можем из Москвы аль из Владимира. Можно из Коломны.
Но все предложения были неподходящие. Там трудно скрыть, кто есть Иван, а это через несколько дней будет знать великий князь. И не было сомнений, что тот немедленно пошлет погоню.
– Тогда один путь – Дон, – сказал знаток.
– Дон так Дон, – согласился Иван.
– Но там казаки, – произнес Роман, – говорят, злыдни те еще!
– Да-а, хотя мы прошли, – ответил служка.
Этими словами он как бы подвел черту, что дальнейшие разговоры не имеют смысла.
– Дон так Дон, – повторил Иван.
Когда Мария Ярославовна услышала от Ивана, что они пойдут Доном, у нее чуть сердце не остановилось. За свою долгую жизнь она всякого наслышалась о казаках. В ее голове отложилось, что это разбойники чистых кровей и душегубы. Им своего внука отдавать она не захотела. И ей на ум пришло одно решение, но для этого нужен изворотливый, умный и хитрый человек. Но где такого взять? Подумав, она вспомнила, что знает такого. Звали его Наум – бывший слуга ее покойного мужа, великого князя Василия. Наум отличался ловкостью в разных делах. Сообразительный, находчивый, к тому же умеющий держать язык за зубами, он завоевал у княжеской семьи, в которой служил, полное доверие.
Правда, Наум с тех пор, конечно, успел состариться. Да не беда. Услышав, что у бывшей хозяйки в нем снова появилась надобность, весело улыбнулся. Придя домой, взял поношенный чувал, набил его на дорогу нужным тряпьем. Туда же сунул вяленое мясо, рыбу, кусок сала, пару буханок хлеба и, сказав своим, что его ждут в Москве, оседлал лошаденку, и вот он уже готов отправляться в дальний путь.
Мария Ярославовна, увидев у своих дверей странного мужичка в замызганной епанче, его не узнала. Лицо его скрывал надвинутый на лоб капюшон.
– Ты кто будешь, мил человек? – спросила она, остановившись напротив.
Незнакомец отбросил капюшон.
Мария Ярославовна отступила на шаг, вглядываясь в его лицо.
– Никак Наум? – неуверенно произнесла она.
– Наум, Наум! – Мужик рассмеялся.
Засмеялась и Мария Ярославовна.
– Так быстро! – подивилась она.
– А что, матушка, тянуть?
– Молодец! А ты, я вижу, почти не стареешь.
– Да не, матушка, началось.
И он, отбросив капюшон, показал ей полуседую шевелюру.
– А вот по лицу не скажешь, – заметила Мария Ярославовна.
Только разбегавшиеся от уголков глаз морщинки выдавали его годы.
– Поди, голоден? – полюбопытствовала она.
– Да… не, – замялся он.
– Пошли, – приказным тоном сказала старуха.
Он послушно двинулся за ней. Она привела его в поварню.
– А ну, бабенки, накормите-ка дорогого гостя.
– Сидай. – Повариха кивнула на ослон у стола и стала выставлять остатки разной снеди для дорогого гостя.
– Поешь и приходи ко мне, – сказала Мария Ярославовна.
Через некоторое время он вернулся к ней, держа в одной руке епанчу, в другой чувал.
– Накормили? – спросила она.
– Во! – И, держа в руке епанчу, провел рукой около горла.
– Вот и хорошо. А сейчас мы пойдем. Расскажу подробно, для чего ты мне надобен и что у тебя будет за служба. Надумал мой внук ехать свататься, да выбрал не тот путь. Хочет ехать через донские земли. И надо бы так устроить, чтобы он туда не добрался, а побыл немного в дороге, да и в родной дом воротился…
