— В которой просто кишели мерзкие насекомые. Из-за чего я спал по возможности за ее пределами с ужасом представляя наступление холодов. Но, как ты видишь — я не отчаялся. Я боролся. Придумывал себе цели и достигал их. Сначала маленькие. Потом большие. Но даже маленькие мне тогда казались едва ли достижимые. Я даже тогда, отчаянно барахтаясь, плыл за горизонт. Да так и плыву. Зачем мне Саксония и Арнор? Да понятия не имею. Но для меня это просто новый вызов. Новая цель, находящаяся за горизонтом.
— Нет, друг мой. — Усмехнулся Ивар. — Не новая.
— Ты думаешь?
— Мне кажется, что ты живешь по какому-то плану… И в Александрию нас повел не просто так. Ты словно знал, что мы придем к тебе…
— Будущего знать никому не дано.
— Предсказатели с тобой бы не согласились.
— И часто они говорят правду? — Улыбнулся Ярослав. — Поверь — будущего еще нет. И каждый шаг, ведущий нас к нему, может быть совершен разными образами. Все может измениться в любой момент. Я не знал о том, что вы ко мне придете. Я не знал, что ко мне придут эти ребята. Это все — шаги по наитию.
— Не верится мне что-то.
— Да мне самому не вериться, — хохотнул Государь.
— Мне даже сказывали, что ты водишь за нос всех нас.
— Кого это нас?
— Тех, кого франки прозвали норманны.
— Вот как? И как же я вас вожу за нос?
— Пытаешься остановить набеги.
— Тебе самому не смешно, такие слова повторять? Я ведь сам возглавлял ваши походы.
— Да. Но набеги ведь действительно пошли на убыль. Вон, даже мои беспокойные братья осели.
— Я их заставлял это делать?
— Ты их привел туда, где можно осесть.
— А они дети неразумные и своей головы не имеют?!
— Не злись. Так просто говорят.
— А эти балбесы не говорят, что я от набегов ваших долю приличную имею? Ведь через меня вы торг ведете. И чем больше набегов, тем больше мои доходы?
— Это я знаю. И оттого не верю этим словам.
— Но говоришь мне их.
— Кое кто из присоединившихся к походу думает именно так. И они воду мутят.
— Хотят свергнуть? Так мне какая разница? Давай созовем сходку вождей, и я сложу полномочия. Для меня они лишь обременение.
— Не горячись! Дураки не знают, что болтают.
— Если эти дураки так говорят, то как я смогу им доверять в битве?
— Не знаю, — покачал головой Ивар. — Я и сам им не очень доверяю. Ребята проверенные. Бывали в сече ни раз и ни два. Но несут какой-то бред. Боюсь, как бы мы не разругались после первых же успехов.
— У них есть вождь?
— Харальд.
— Очень радостно это слышать… — покачал головой Ярослав. — И что, эти ребята, что присоединились к нам под Бременом, тоже его мнение разделяют?
— По-разному. Но таких хватает. Ты славный конунг. Но ты — чужой. Ромеец. И ты воюешь не так, как мы привыкли. Как непосредственно в бою, так и походе. Это многих отпугивает. Это многих заставляет верить во всякие глупости, что про тебя болтают. И это может стать опасно.
— Я понял тебя, — хмуро произнес Ярослав.
— Рад, что ты услышал мои слова…
Завершив дела в Бремене Ярослав повел свой флот дальше. На Британию. Однако его ждали и встречали не только союзные викинги…
Недалеко от берегов Фризии, блокируя проход к устью Темзы, «Великую армию» ждали корабли Уэссекса, Мерсии, Кента, Нордхамбрии[1], Австразии, Аквитании и Нейстрии[2]. По тем временам — огромный флот, который ранее никогда не встречался.
Причина такого объединения была проста и очевидна.
