Плюс, само собой, в дело шли и обычные дротики. Куда уж без них? Как классические тяжелые пилумы, которые были просто ультимативным решением для вскрытия вражеского строя, так и сулицы, выступавшие в роли своего рода легких пилумов. Куда более дешевым и паллиативным вариантом. Но тоже вполне эффективным. Во всяком случае, в близи куда более эффективным, чем любой традиционный лук.
И эта комбинаторика давала свои плоды. Из-за чего его легион имел высокую стрелковую досягаемость с впечатляющей эффективностью обстрела. На всех этапах сближения.
Не хватало только артиллерии, которая бы выступила настоящей «длинной рукой» легиона. Но он с онаграми не сильно хотел возиться. Пока во всяком случае. И того ручного оружия, каковым пользовались его бойцы вполне хватало.
Понятное дело, что он еще не сталкивался в бою с действительно серьезным противником с хорошим защитным снаряжением. Но поэтому он и медлил с артиллерией. Всерьез задумываясь над тем, чтобы, минуя механические «пушки», сразу перейти к нормальным. Да и над иными проектами тоже задумываясь, вроде той же корейской хвачхи. Доработанной, разумеется.
Так или иначе, но саксы и англы, бывшие типичными носителями варварской германской культуры столкнулись с пусть и небольшим войском, но превосходящим их в плане организации, подготовки и снаряжения самым бессовестным образом. Конечно, не как англичане зулусов при Роркс-Дрифте, но все одно настолько, что они могли реально что-то сделать с людьми Ярослава только как в свое время с оригинальными римлянами в Тевтобурском лесу. То есть, напав из засады, со всех сторон разом и имея при этом категорическое численное превосходство.
Сами отступающие воины этого не понимали. А вот их риги, поникшие всем своим видом, осознали. Они наблюдали за битвой на всех ее этапах. И видели, что «ромейцы» вытворяли с их людьми сначала на валу, а потом и в чистом поле. И тот сдвоенный залп легионеров у них особенно отпечатался в голове. Когда масса пилум, игнорируя щиты набегающих саксов и англом, буквально накалывает их как жуков на иголку. Раз. И масса самых отважных воинов повержена еще до того, как сумела вступить в бой. Сбивая атаку и обращая их воинов в бегство…
Страх. Ужас. Отчаяние.
Вот те эмоции, которые довлели над ними в эти часы. И какая-то безысходность. Там, у подножия вала Люденвика, они оставили около тысячи воинов. Потом, во время бегства, драгуны вырубили еще столько же. Плюс сколько-то разбежалось. Поэтому сейчас три правителя имели совокупно едва ли полторы тысячи бойцов. Совершенно немотивированных и напуганных. Сейчас одного появление этих чертовых комитатов на горизонте было бы достаточно, чтобы эти «храбрецы» прыснули в разные стороны, побросав оружие…
— Мы выжили и отошли, — произнес Элла. — А значит у нас еще есть шанс на успех. Мы можем вновь собрать войско и…
— И он снова нас разобьет, — перебил его Альфред.
— Что за вздор! — Вскинулся Элла, но, судя по лицам Этельреда и Бургреда, они были согласны с парнем.
— Ты видел, сколько он вывел войск в поле?
— Да, — несколько неуверенно произнес риг Нордхамбрии. — Причем тут это?
— Как причем? Ярослав, имея восемь сотен воинов…
— Больше, — перебил его Этельред.
— Больше?
— Восемь сотен — в составе легиона. А еще палатины и эти… как их… драгуны. Совокупно тысяча.
— Пусть так. Тысяча. — Кивнул Альфред. — Но Ярослав брал Люденвик и перебил войско Эдмунда. Потом отражал наше нападение. И после этого сам вышел в поле и атаковал нас. Причем успешно. Вы все обратили внимание на то, сколько у него было воинов?
— Довольно много, — произнес Бургред.
— Именно! — Воскликнул Альфред. — Мы можем раз за разом собирать войска. Но разве это поможет нам победить? Он ведь все одно сильнее.
— И что ты предлагаешь? — Поинтересовался Этельред.
— Договариваться с ним.
— Он посадил на престол наших предков этого мерзавца Ивара, а ты хочешь с ним договариваться?! — Воскликнул Этельред.
— Иначе все мы умрем… и все, кто пойдет за нами тоже… — обреченно произнес Альфред.
— Ярослав не станет бегать за нами по всей Британии, — нахмурившись произнес риг Мерсии.
— Он — нет. А Ивар — вполне. Вы разве не поняли, что Ярослав сделал? Он посадил Ивара на престол и отделил его людей от диких норманнов, а потом отдал их нам на растерзание. Он уничтожил всех, кто отказался ему подчиняться.
— Он уничтожил своих союзников? — Удивился Бургред. — Ты верно шутишь?
— Если бы… — покачал головой Альфред. — Он дал понять норманнам, что их успех в Британии связан с ним. Если они подчиняются ему, то у них все хорошо. Если нет, то мы наносим им поражение. Он показал, что без него им не снискать победы и успеха. А значит все те норманны, что теперь станут прибывать на помощь Ивару, окажутся крепко связаны этим пониманием. И если Ярослав скажет гонять нас по лесам — они пойдут гонять.
— Норманны?! — Удивился Элла. — Но почему они не взбунтуются?
