Готовимся к родам полностью

Наши комментарии.Диана радовалась здоровому ребенку, но была не очень довольна впечатлением, которое осталось от родов. Через несколько недель после родов мы консультировали ее по этому поводу. Зная, что она была под наблюдением в высшей степени компетентного специалиста, который принимает разумные решения, уважая желания родителей, но в то же время не ставя под угрозу благополучие детей, мы помогли женщине справится с чувством неудовлетворенности. Диана переживала бы не так сильно, если бы врач подробнее объяснил бы ей причины искусственной стимуляции и опасность дальнейшего ожидания. Тогда она могла бы участвовать в принятии решения о стимуляции. Эти искусственно индуцированные роды закончились благополучно, но так бывает не всегда. Методы определения срока, когда беременность «созрела», не очень точны. Иногда дети появляются на свет преждевременно и вынуждены следующие несколько дней или недель провести в палате интенсивной терапии — вместо того, чтобы спокойно закончить свое формирование в утробе матери.

Мы были женаты уже семь лет и очень хотели детей, но все время откладывали, дожидаясь «идеального» момента. Я искренне стремилась сделать все возможное, чтобы создать «систему обеспечения» для «идеальной» семьи, и много читала о материнстве и о родах. Я знала, как важно найти профессионального ассистента. Я также понимала, что нам нужен мудрый врач, с которым у нас с мужем могли бы установится доверительные, а не враждебные отношения, как это нередко случается. В самом начале беременности я выбрала профессионального ассистента, а также врача, который вызывал у нас полное доверие.

Мы со всей ответственностью и серьезностью отнеслись к этой беременности. Мы составили план родов и показали его врачу, чтобы он прочитал и одобрил его. Нашим желанием были вагинальные роды при минимально возможном вмешательстве. Я хотела, чтобы мое участие в родах было максимальным. И благодаря поддержке, любви, заботе и молитвам всех, кто входил в мою «систему обеспечения», мне удалось добиться поставленной цели.

Роды были долгими, и в конце концов мы приблизились к 24-часовой границе безопасности — после разрыва плодного пузыря. Стало ясно, что нужно принимать какое-то решение. Но фетальный монитор показывал, что с ребенком все в порядке, и врач разрешил немного подождать, чтобы дать шанс исполниться нашему желанию вагинальных родов. Шейка матки полностью раскрылась, и в течение трех часов я безуспешно тужилась. Через двадцать девять часов после разрыва плодного пузыря стало очевидно, что ребенок расположен слишком высоко, чтобы можно было применить акушерские щипцы или вакуумный экстрактор. В качестве последней меры применили эпидуральную анестезию в надежде расслабить мышцы и связки таза, чтобы через него мог пройти ребенок. Эта попытка не принесла успеха. Мы так устали, что уже не верилось, что ребенок вообще когда-нибудь родится. Стали готовить меня к кесареву сечению. Мой муж и ассистент не могли сдержать слез разочарования.

Может быть, я пополнила статистику необязательных кесаревых сечений? Ни в коем случае! Мы знали, что кесарево сечение необходимо, потому что ребенок застрял в моем тазу. Фотографии новорожденной дочки свидетельствуют о том, что мои потуги привели к образованию «вмятины» у нее на лбу. В нашем случае вмешательство было необходимо ради сохранения здоровья матери и ребенка. Это не входило в наш план, но я знала, что сделала все, что от меня зависит — до родов, во время родов и после родов, — чтобы обеспечить здоровье и счастье нашей дочери.