Что случится с остальным миром, если Гитлеру удастся завоевать Британию? Войдет ли Канада в Северо-американский союз? Что произойдет с Австралией и Новой Зеландией? Высказываний Гитлера на этот счет мало, и все они противоречивы. Насколько сейчас можно судить, он не знает, придется ли оставить континент на японцев, или же превратить его в один из германских доминионов и таким образом сохранить для белой расы. Это, рассуждает он, если и можно осуществить, то только под руководством Германии, разместив там немецкие поселения. Гитлер сильно нервничал, когда дело касалось бывших германских островных владений в Тихом океане, некоторые из которых сейчас находятся под мандатом Японии, и когда речь шла о территориях Новой Гвинеи и голландской Ост-Индии. Но он также высказал мнение, что все эти колониальные амбиции нужно попридержать до времени: главной задачей сейчас является добиться дружбы и поддержки Японии. Что должно произойти в дальнейшем, невозможно предвидеть.
Гитлер, кажется, не был вполне сведущ в этой проблеме. Но его несомненный инстинкт власти подсказывал ему, что подобно Британской империи, он должен повсюду иметь свои базы. Мировое господство требует вездесущности. Присутствовать везде, настаивать на своих требованиях без каких-либо заявлений о своей незаинтересованности, — таковы были его принципы, часто используемые во внешней политике. Подобно выскочке, исподтишка следящему за своими богатыми соседями, дабы разгадать стиль их жизни, Гитлер изучил британское мировое могущество ради чаевых, которые он мог бы от этого получить. Главный вывод таков — нация, претендующая на мировое господство, должна уметь наращивать свою силу и быть способной держать под контролем все континенты и океаны. Гитлер усвоил этот принцип, несмотря на врожденную привычку мыслить, как сухопутный человек.
Африка, тем не менее, принадлежала к сфере, относительно которой Гитлер имел гибкую концепцию. Он считал этот континент неотъемлемой частью Европы, точно так, как Южная Америка является частью американского континента. Относительно Африки Гитлер уже давно разработал схему германо-итальянского разделения сфер влияния. Были ли эти намерения искренними или нет, сейчас нет необходимости разбираться. Поначалу Гитлер главным образом интересовался Центральной и Южной Африкой. Одним из его излюбленных замыслов в колониальной политике было не только получить обратно немецкую — юго-западную и восточную Африку, объединив их с бельгийскими, французскими и португальскими владениями, но особенно он хотел отвоевать для Германии бывшую Бурскую республику и вообще всю Южную Африку. Его явная антипатия к колониальным захватам была не более чем ширмой, чтобы склонить Великобританию на свою сторону в начальный период германского возрождения. Его главной задачей в Африке в то время было обеспечить себя законным обоснованием операций, благодаря чему он мог продолжать действовать в своей собственной манере, т.е. сеять смятение и раздор и таким образом подтачивать политическую почву.
Что касается Южной и Центральной Америки, то его взгляды можно изложить несколькими словами: здесь его пропаганда прежде всего опиралась на расизм и лозунг о господстве расы хозяев над цветными народами — принцип неравенства людей. Однако недавние разоблачения показали, что это было просто дымовой завесой, под прикрытием которой продолжались реальные политические интриги. Цель та же, что и в Африке — обрести прочное положение на континенте, благодаря которому можно было бы продолжать дальнейшие операции. Если хотя бы одно государство могло попасть под влияние инспирированного Германией управления, это взбудоражило бы весь континент. Как можно было согласовывать намерение поставить в зависимость от нацистов всю Южную и Центральную Америку с заявлением, что эта же самая территория была сферой влияния испано-итальянских интересов? Но это не стало для Гитлера существенным препятствием, покуда велись совместные революционные приготовления.
