Он еще подумал, что это хороший знак – раз отец говорит о булочках, кефире, о том, что хочет идти на полдник. Он уехал, надеясь, что скоро отца выпишут, и он заберет его домой. Так будет лучше. Для всех. Но утром позвонили из санатория и сказали, что отец незаметно ушел с территории и вроде кто-то видел, как мужчина бросился в реку. Видимо, не выдержал болей.
Тело отца нашли только через месяц. Уже порядком обезображенное. И смогли опознать только по шраму на левой руке.
На другой день Маруся спросила Капитолину, приезжал ли кто к ней поздно вечером. В ответ хозяйка, поджав губы, сказала, что нет. А Маруся заработалась, и ей неплохо бы взять пару дней отгулов и отдохнуть. Видимо, наработавшись в Москве, она сразу приехала сюда и окунулась в новое дело? Негоже так, отдых нужен всем. Человек не машина.
Маруся сидела за столом. Солнечные блики играли на деревянных стенах. Она пила кофе и ела блинчики.
– Сегодня у меня и есть выходной, – ответила она.
– Поехала бы за город.
– Не-а, – пропела Маруся. – Останусь дома и буду отдыхать в постели. Весь день. Валяться и бездельничать.
Ей не терпелось дочитать текст, а потом поработать над предвыборной
– Капитолина Михайловна, я пойду в свою комнату! – сказала Маруся, захватывая с собой вторую чашку с кофе. – Вы будете дома?
– Уйду на пару часов. Надо что?
– Нет, я просто спросила. Ну, если рыбки копчененькой, – протянула она. – Такой, как Борис Семенович делает.
– Спрошу у него, наловил ли чего или нет, – откликнулась хозяйка. – Улов, он такой – то густо, то пусто…
Маруся открыла пошире окно и легла на кровать. В комнату вливался сладкий медовый запах. Занавески время от времени пузырились от теплого ветра, надувались, как паруса, а потом сникали.
Она взяла листы перевода и продолжила чтение…