– Хочется курить, но не буду нарушать божественность пространства, – и Катя взмахнула рукой. – Это пещера с сокровищами. Настоящими… А если серьезно, то здесь я схоронила пакет с документами, которые мне дала бабушка. Она просила их увезти из Москвы, что я и сделала. Она не объяснила, что это за бумаги, какие документы. Я дала ей слово, что сохраню. – Катя прищурилась. Маруся видела ее профиль – тонкий, мальчишеский, и еще родинку над верхней губой. Как у Синди Кроуфорд.
– И ты туда не заглядывала?
Катя покачала головой.
– Нет. Я думала, но Виола просила не вскрывать пакет, и я не стала. Я думаю отдать эти бумаги тебе. Ты в них лучше разберешься. Я отдам тебе пакет, но поклянись, что ни одна бумажка оттуда не пропадет. Когда ты закончишь свое расследование, снова вернешь мне. Договорились?
– Да.
– Нам пора уходить. – Катя встала и подошла к стене, потом ее рука нырнула в щель, и она достала пакет, обернутый в черный полиэтилен. – Вот он. Я специально обмотала пакет двумя слоями, чтобы предохранить от влаги и сырости. Думаю, что здесь он был в полной целости и сохранности.
– Ты его ни разу не доставала из этого тайника раньше?
– Нет. В этом не было необходимости. Решила – пусть находится тут. До поры до времени. Сначала он лежал у меня дома, но потом я подумала: раз бабушка так боялась за судьбу этих документов, значит, лучше перепрятать понадежнее. Виола не тот человек, чтобы паниковать или разбрасываться словами попусту. – Катя замолчала. – Имелись соображения и личного порядка. Тогда у меня был бойфренд. Разгильдяй страшный. Всюду свои вещи разбрасывал и совал нос в чужие. Я и испугалась. Решила, что здесь документы будут в большей безопасности.
Она говорила негромко, но эхо все равно усиливало ее слова. Катя положила пакет в рюкзак, и они вышли тем же самым путем.
На свету Маруся прищурилась. Птицы по-прежнему кружились над ними, не думая успокаиваться.
– Надо же, растревожили, – сказала Катя. – Обычно они быстрее приходят в себя.
Отвязав катер, они запрыгнули в него, и мотор взревел, вспенивая воду.
Катя молчала. Рюкзак с пакетом лежал на дне катера.
– Сейчас мы заедем опять в лабораторию, я проверю: по-прежнему ли там все в порядке. И – домой.
Маруся сидела в катере и ждала Катю. Мысли путались, возвращались то к Виолетте Сергеевне, то к Эдуарду Николаевичу, то к Королькову-младшему… И здесь она увидела Катю, та бежала и отчаянно махала руками.
– Скорее, там… убитый… труп. Какой-то незнакомец. И непонятно, куда делся Али. Я тебе говорила, что он у нас подрабатывает в лаборатории. А его брат уборщиком работает. Неплохие ребята. Но у меня сильные подозрения, что они лабораторию и для своих дел используют. Наркотики хранят. Сюда же никто не сунется. Место спокойное, на отшибе. Могли быть разборки на этой почве. А если… – Они посмотрели друг на друга, и одна и та же догадка пришла им в голову. – Похоже, нас выследили, и этот человек поджидал меня на обратном пути в лаборатории. И Али наткнулся на него. И… убил, – уже шепотом закончила Катя.
До дома добрались быстро, за обедом Катя проговорила, не глядя на Марусю.
– Как я понимаю, тебе нужно поскорее вернуться в Москву. И задерживаться здесь не стоит… И еще, как ты понимаешь… этот убитый… незнакомец, скорее всего, из тех, кто выследил нас и решил подкараулить в лаборатории на обратном пути. На нас открыли сезон охоты… Возвращайся и сиди тише воды ниже травы… А документы спрячь в надежном месте. У меня уже такой надежности теперь нет.
– Как же ты?
– Я все бросаю и уезжаю к одной знакомой в Африку, а оттуда – в Австралию. Меня давно звали туда поработать. Наличность на карточке есть. А аренда этого дома истекает через две недели… У нас с тобой, судя по всему, есть фора в несколько часов. А может, и того меньше. Пока наши преследователи обнаружат, что их агент мертв и не выходит на связь… Время у нас есть, но его очень мало.
– Я все поняла, – тихо сказала Маруся. – Абсолютно все…
Катя настояла, что Марусе нужно доехать до Ренна, а оттуда вылететь в Париж. Пакет с документами Маруся положила на дно дорожной сумки. Но решила, что перед полетом переложит в дамскую. Можно было ехать.
Катя ждала ее в холле.
– Я сейчас позвоню своему знакомому Жану. Он или его брат отвезут тебя в город.
Приехал Гийом. Увидев Марусю, он радостно улыбнулся. Рукопожатие было крепким и энергичным.
– Уже нас покидаете? – осведомился он. При этом черные глаза буквально ощупывали ее фигуру.
– Да. Так сложились обстоятельства.
Погрузив большую сумку в багажник, Маруся села на переднее сиденье.
– Держи меня в курсе, – сказала Катя. – Подожди, я тебе сейчас напишу свою почту.
