Две башни по бокам напоминали черные каменные иглы, вонзающиеся высоко в небо, а сами ворота вздымались неприступным утесом из обитого гвоздями черного дуба.
— Непростая штучка, верно, — согласился Боамунд. — Вообще-то я думал, не стоит ли нам плюнуть на ворота и попробовать вместо этого забраться на стену?
Ноготь не мог не содрогнуться. Стена была по меньшей мере восьмидесяти метров в высоту и сделана из полированного черного мрамора. Он решил, что пожалуй, лучше будет попытаться отвлечь мысли босса от этой идеи.
— Замечательная мысль, — сказал он. — Об этом я даже не подумал. Да, это, пожалуй, даже лучше, чем то, что было у меня на уме.
Боамунд приподнял брови, выказывая готовность выслушать любые предложения, сколь бы наивными они ни были.
— А ты о чем думал? — спросил он.
— О, это было просто… Да нет, это глупо.
— Выкладывай.
— Я подумал, — сказал Ноготь, — что мы можем притвориться почтальонами.
Лицо Боамунда помрачнело.
— Почтальонами, — произнес он.
— Вот именно, — подтвердил Ноготь. Он выждал надлежащую психологическую паузу и продолжал: — Разве ты не заметил почтового ящика?
— Почтового ящика?
— На воротах, — простодушно сказал Ноготь. — Нет-нет, не на главных воротах, разумеется. На тех небольших боковых воротах, мимо которых мы проходили, когда пытались найти подходящее место для переправы через ров.
— А-а, — протянул Боамунд. — На
— Ну да, — легко продолжал Ноготь. — Ну, ты же помнишь. Я все пытался показать их тебе, а ты говорил мне, чтобы я заткнулся, так что я решил, что ты, должно быть, заметил их сам. Так вот, на этих воротах висел почтовый ящик, так что мне пришло в голову…
— Ну разумеется, — сказал Боамунд. — Я все жду, когда же ты наконец доберешься…
— Конечно, — продолжал карлик, — меня прежде всего озадачило, каким образом почтальон добирается до почтового ящика, — там ведь ров, и пираньи, и все такое. Мне было над чем подумать, уверяю тебя.
— Не сомневаюсь!
— Но потом я увидел то, что, без сомнения, увидел и ты.
— Ага.
— Лодку, — великодушно объяснил Ноготь, — лодку, привязанную под плакучей ивой. Конечно, тебе, с твоим натренированным взглядом, она сразу бросилась в глаза.
Боамунд попытался изобразить самодовольство.
— И тогда я задумался: почему же он заставил нас плыть через ров на этом чертовом бревне, если в нашем распоряжении была вполне пригодная лодка с веслами? Я не очень-то быстро соображаю, не правда ли?
— Ну, не знаю, — слабым голосом проговорил Боамунд. — Для таких вещей нужен особый склад ума, мне всегда так казалось.
— Как бы то ни было, — сказал Ноготь, — до меня дошло только когда мы уже перебрались через ров и были в этом сарае, и я накладывал пластырь на те места, где пираньи…
— Хмм…
— Только тогда, — продолжал карлик, — я понял. Ну конечно, сказал я себе, мы не могли взять лодку, иначе молочник не нашел бы ее под деревом и поднял бы шум, и…
— Ага, — сказал Боамунд. — А просто ради любопытства, что натолкнуло тебя на мысль, что есть еще и молочник?
— То же, что и тебя, я полагаю, — коварно ответил Ноготь.
— Молодец!
— Я имею в виду пустые молочные бутылки, которые стояли за боковыми воротами.
— Замечательно, — сказал Боамунд, рассмеявшись. — Когда-нибудь я сделаю тебя генералом, ей-богу!
— Благодарю, — отвечал Ноготь. — Как, должно быть, чудесно думать о вещах так, как ты.
— Это у меня от природы.
— Так вот, — продолжал Ноготь, — моя идея заключалась в том, чтобы подождать утра, когда обычно приходит почтальон, — это должно быть уже после того, как придет и уйдет молочник, разумеется, — а потом один из нас постучит в дверь, как будто принес посылку…
— Или заказное письмо, — возбужденно прервал Боамунд.
— Да, так будет даже лучше, — решительно кивнул Ноготь. — А потом, когда кто-нибудь подойдет и откроет дверь, мы ударим его по голове и войдем внутрь, — он немного помолчал. — Но это, конечно, довольно глупая идея.
— Ну, я не знаю… — медленно произнес Боамунд. — То есть, если подумать…
— Ты вроде бы говорил что-то насчет стены.
— О, я просто думал вслух, — отвечал Боамунд. — Надо рассмотреть все возможности, ты же понимаешь. Честно говоря, я как раз сам подходил к варианту с почтальоном. Довольно неплохо, мне кажется.
— Одна из твоих лучших идей?
— Ну, это не так сложно, — скромно проговорил Боамунд. — Как ты думаешь?
Ноготь улыбнулся.
— Как это только у тебя получается, босс! — воскликнул он.
Сани со свистом рассекали ночное небо; дребезжание колокольчиков тонуло в вое ветра.
Клаус фон Вайнахт, перегнувшись через поручень, чтобы уменьшить коэффициент торможения, всматривался в летящий снег, пытаясь разглядеть очертания своей твердыни. Стрелка компаса на приборной доске прекратила свое бешеное вращение и застыла, как приклеенная.
Почти дома. Прекрасно.
Он еще раз просчитал в уме время. Если допустить, что они все вышли из Замка Грааля одновременно, то, даже принимая во внимание паковый лед в Нарском проливе и лобовой ветер над Пермией, у него остается еще два или три дня до того, как они могут подойти. Времени полно. Он хрипло рассмеялся.
Северные олени, гремя копытами, неслись над облаками.
