– Эх, жаль, нет Вадима или Ричарда со мной, – тихо проговорил он. – Вместе куда спокойнее. Вот случится что со мной, а они и знать не будут…
Медленно продвигаясь вперед по коридору, Семен Семенович каждый раз останавливался, прислушиваясь к малейшим шорохам и звукам. Еле слышно переставляя ноги, он, словно беглый преступник, боялся своей тени и собственных шагов. Каждое неосторожное движение могло выдать, любой шум грозил поднять всех на ноги. Страх перед непредсказуемой развязкой витал в воздухе, но демон любопытства каждый раз подталкивал сзади на край пропасти.
Перейдя в соседний коридор, Грач оказался посреди все тех же таинственных дверей. В отличие от прежних, на этих были таблички с точным пояснением назначения данной комнаты. Короткие фразы слегка приоткрывали завесу тайны, но не давали полного объяснения, оставляя место любопытству и действию.
Одна из табличек, содержащая всего одно слово «КАРА», привлекла внимание Семена Семеновича, и он решил заглянуть внутрь. Несколько ночных ламп позволили рассмотреть комнату полностью. На мгновение Грачу показалось, что он, переступив порог преисподней, оказался в чистилище ада.
В углу комнаты над большой жаровней был сооружен вертел для копчения мяса. Глядя на него, Грачу почудилось, что он улавливает запах костра и жженой кости. Передернувшись и отмахнув от себя эти дьявольские мысли, он пошел дальше. Поодаль, уютно вписавшись в этот смертоносный интерьер, высилась гильотина. Это безжалостное орудие убийства многих времен и народов прошлого вызывающе стояло с поднятым в готовности ножом и походило на разинутую пасть голодного зверя, готовую в любую секунду заглотить жертву. Тут же был подвешен на цепи к потолку огромный котелок, наполненный доверху какой-то жидкостью.
Рядом с орудиями убийств и пыток времен инквизиции покоился и представитель нового времени – электрический стул. Леденящий цвет стали этого монстра заставлял содрогаться и трепетать. Грач стиснул зубы, стараясь не поддаваться панике и страху.
Дальше в этой кунсткамере смерти вдоль стены стояли застекленные шкафы, на полках которых покоились всевозможные пузырьки и колбы. Пробежав глазами по наклейкам на них, Семен Семенович прошептал:
– Господи, да ведь это наркотики и отравляющие вещества всех мастей и калибров! Пожалуй, всего этого запаса вполне хватит для уничтожения не одного миллиона людей. Что же они задумали? Чем занимается это тайное общество?
Взглянув вперед, Грач увидел между шкафами грубый дубовый стол, по-видимому, предназначенный для хозяина этой комнаты. На столе лежала кипа бумаг, аккуратно сложенная и подшитая багровой лентой. Пробежав глазами надпись на верхнем листе, Грач остановился. На секунду ему показалось, что смысл надписи просто померещился, и он, вернувшись к столу, взял пачку бумаг в руки. Сомнений не было – он действительно видел «список обреченных». По телу Семена Семеновича пробежал озноб, лицо побелело, колени подкосились, и он чуть было не упал, вовремя опершись о стол. Открыв дрожащей рукой первый лист, он принялся читать незнакомые фамилии. Его глаза среди чужих имен автоматически высмотрели имена знакомых и свое собственное, боясь при этом его обнаружить. И вот в конце первого листа списка была дописана от руки и его фамилия, а рядом стояла жирная красная галочка. Словно разряд молнии прошел через все тело Грача. Он стиснул в руках бумаги, не осознавая, что делает и что делать дальше.
– Нет, этого не может быть! – забубнил он. – Ведь это смертный приговор… И я в списке обреченных, да еще помеченный галочкой… Но почему? Пресвятая дева, какую же участь уготовили для меня эти жуткие уроды? Откуда они меня знают? В чем моя вина перед ними?
Постояв несколько минут в размышлении, он, приняв твердое решение, разогнул плечи и запрятал списки к себе под рубаху. Уверенной, полной решимости походкой он вышел обратно в коридор. В голове как удары молота отчеканивались два слова – «выбраться и уничтожить». Эта фраза была как настрой, мантра, дающая силы и приводящая в чувства.
Проходя дальше по коридору, за дверью одной из комнат Грач ясно расслышал голоса. Он остановился и, вслушиваясь в разговор, разобрал диалог мужчины и женщины.
– Ты сегодня на церемонии была великолепна, скорее даже величественна. Право слово, настоящая ведьма, – говорил мужчина.
– Мне лестно такое от вас слышать, – ответила собеседница.
– Ничего, это должно у тебя войти в привычку. А сейчас, Гекада, начинай готовиться к заданию. С завтрашнего дня ты приступаешь к этому назойливому инженеришке. Грача надо убрать с дороги!
Услышав, что речь идет о нем, Семен Семенович вздрогнул, ведь сейчас дверь может распахнуться и кто-нибудь выйдет. А тогда и задание не придется долго выполнять – жертва сама у порога. Грач метнулся было дальше по коридору, но, заметив дверь с надписью «Костюмерная», решил укрыться там. «Странно, для чего им костюмерная, – промелькнуло в голове Грача, – не спектакли же они здесь репетируют».
