Послышался громкий топот, из-за поворота выскочила группа вооруженных людей и стремглав понеслась к нам.
Сначала я подумал, что это носильщики вызвали помощь, но потом внезапно сообразил, что они бегут к нам не спасать Бенедетту, а совсем наоборот. А возможно, прибыли и по мою душу.
После чего выдернул девушку из портшеза и подтолкнул ее в переулок.
— Беги, дурочка! Живо!..
А сам развернулся с мечом в руке к нападающим.
Увы, ничего другого не оставалось. Непременным условием операции была полная сохранность конкубины. А если, пусть даже не по моей вине, случится обратное, за свою голову я не дам даже стюйвера. И, как назло, мои головорезы уже успели драпануть.
Ну что же, не в первый раз…
Первая пара вырвалась далеко вперед. Я сделал вид, что тоже убегаю, а потом в броске метнулся им навстречу. Размазавшись в матовом отблеске, клинок пронесся в косом хлестком ударе. Худощавый коротыш, разбрызгивая веером черные капли из культи правой руки, кубарем полетел на мостовую. Второй попытался на бегу парировать удар, но не преуспел и с булькающим визгом сложился, зажимая распоротую физиономию.
Я прикинул расстояние до основной группы и рванул вслед за Бенедеттой. Повезет — уйдем, а нет…
Но, проскочив поворот, понял, что не повезло. Переулок заканчивался глухим тупиком.
Бенедетта растерянно обернулась, на красивом личике проступило отчаяние…
— Сеньор, что мне делать…
— Забейся в угол, туда… за плющ… — зашипел я ей, в очередной раз развернулся и побежал назад, уже навстречу неизвестным.
Рано еще отчаиваться. Их осталось всего пятеро, а мне приходилось резать и больше в одиночку. Переулок узкий, обойти меня будет трудно. Если успею атаковать первым, шансы выжить очень неплохие.
Черт, жаль, кольчугу не поддел, но колет на плечах и груди тоже армирован тонким кольчужным полотном. Не бог весть что, но должно помочь. Боевые перчатки из дубленой воловьей кожи при мне, дага — тоже, так что потрепыхаемся еще.
Черт, темно-то как… Ну, поехали…
Навстречу метнулись едва различимые в темноте силуэты. Первых двух я вынес, машинально исполнив классическую комбинацию дестрезы — одновременный выпад дагой и эспадой по разным направлениям. Куда попал — не заметил, но упругое сопротивление плоти и утробные хрипы подсказали, что клинки нашли цель.
А дальше… меня просто снесли с ног. Оба клинка вылетели из рук. От немедленной смерти спасло лишь то, что двое убийц завалились вместе со мной, а третий принялся колоть мечом куда попало и первым же ударом пронзил своего товарища.
— Папский ублюдок! — оседлав меня, захрипел тучный здоровяк, замахиваясь кинжалом.
Каким-то чудом успев подставить предплечье, я отвел удар. Клинок, с хрустом вспоров кожу колета, проехался по кольчужной подложке и, ткнувшись в камень на земле, со звоном сломался у самой гарды.
«Черт… так и зарезать могут…»
Саданул в ответ толстяка лбом в лицо, потом наотмашь заехал локтем по башке, но так и не смог сбросить мерзко воняющую застарелым потом тушу.
— Фабио, в сторону, — рычал второй, суетясь вокруг нас. — В сторону, тупая свинья…
Но здоровяк только разъяренно ревел и молотил кулаками куда попало.
Я никак не мог дотянуться до стилета в ножнах на поясе, оставалось только закрывать лицо предплечьями и крутиться, чтобы не попасть под удары.
— Убью!!! — сипло хрипел пузан.
— Вот же kozel… — выбрав момент, я составил пальцы в «козу» и ткнул ему в глаза.
Попал всего одним, но и этого хватило — толстяк взвыл и отпрянул.
— Да уйди же ты!!! — Его подельник наконец решился нанести удар и пригвоздил меня к земле, правда, проткнув только колет под мышкой.
— А-а-а… — заорал я с перепугу.
— Попал, Фабио, я попал! — радостно заблажил убийца и замахнулся второй раз, но я уже дернул на себя пузана, и меч вонзился тому в спину.
Фабио истошно завыл и наконец скатился с меня.
Третий раз ударить я уже не дал, лежа пнул оставшегося на ногах в колено, отбросил его от себя, а потом рывком откатился в сторону, вскочил и вырвал из ножен на поясе стилет.
Не бог весть какое оружие против длинного меча, но сойдет и это, все равно другого у меня нет.
Неожиданно из облаков выскочила луна, залив все вокруг мертвенно-бледным светом.
Напротив стоял высокий худощавый юноша. Клинок в его руках подрагивал, а красивое кукольное лицо кривилось в безобразной гримасе.
— Смерть! — шипел он. — Тебя ждет смерть в муках, папский прихвостень!
Я гнусно ухмыльнулся в ответ.
— Облегчи душу, щенок. Лучше скажи, кто тебе поручил убить невинную женщину?
— Шлюха! Она всего лишь мерзкая шлюха! — заорал парень. — Подстилка жалкого Чибо! А тебе все равно придется сдохнуть!
— Дурачок, ты сам убил двух своих. Лучше зарежься!
— Смерть!!! — взревел юноша и, широко размахиваясь, ринулся вперед.
Тело сделало все само. Полушаг вперед и в сторону, нырок под руку, полуразворот, и граненое острие с хрустом впивается в бок так и оставшегося безымянным парня.
— Мамочка… — фальцетом выдохнул он и стал медленно оседать.
Меч со звоном упал на землю.
Добавив для верности еще раз, я отпихнул от себя обмякшее тело, а потом ринулся к стоявшему на четвереньках толстяку.
