| Adieu, sir." | Прощайте, сударь! |
| "One word--one single word more, doctor! | - Еще слово, одно только слово, доктор! |
| You go, leaving me in all the horror of my situation, after increasing it by what you have revealed to me. | Вы оставляете меня одного в этом ужасном положении, еще более ужасном от того, что вы мне сказали. |
| But what will be reported of the sudden death of the poor old servant?" | Но что скажут о внезапной смерти несчастного Барруа? |
| "True," said M. d'Avrigny; "we will return." | - Вы правы, - сказал д'Авриньи, - проводите меня. |
| The doctor went out first, followed by M. de Villefort. The terrified servants were on the stairs and in the passage where the doctor would pass. | Доктор вышел первым, Вильфор шел следом за ним; встревоженные слуги толпились в коридоре и на лестнице, по которой должен был пройти доктор. |
| "Sir," said d'Avrigny to Villefort, so loud that all might hear, "poor Barrois has led too sedentary a life of late; accustomed formerly to ride on horseback, or in the carriage, to the four corners of Europe, the monotonous walk around that arm-chair has killed him--his blood has thickened. | - Сударь, - громко сказал д'Авриньи Вильфору, так, чтобы все слышали, - бедняга Барруа в последние годы вел слишком сидячий образ жизни; он так привык разъезжать вместе со своим хозяином, то верхом, то в экипаже, по всей Европе, что уход за прикованным к креслу больным погубил его. |
| He was stout, had a short, thick neck; he was attacked with apoplexy, and I was called in too late. | Кровь застоялась, человек он был тучный, с короткой толстой шеей, его сразил апоплексический удар, а меня позвали слишком поздно. |
| By the way," added he in a low tone, "take care to throw away that cup of syrup of violets in the ashes." | Кстати, - прибавил он шепотом, - не забудьте выплеснуть в печку фиалковый сироп. |
| The doctor, without shaking hands with Villefort, without adding a word to what he had said, went out, amid the tears and lamentations of the whole household. | И доктор, не протянув Вильфору руки, ни словом не возвращаясь к сказанному, вышел из дома, провожаемый слезами и причитаниями слуг. |
| The same evening all Villefort's servants, who had assembled in the kitchen, and had a long consultation, came to tell Madame de Villefort that they wished to leave. | В тот же вечер все слуги Вильфоров, собравшись на кухне и потолковав между собой, отправились к г-же де Вильфор с просьбой отпустить их. |
| No entreaty, no proposition of increased wages, could induce them to remain; to every argument they replied, | Ни уговоры, ни предложение увеличить жалованье не привели ни к чему; они твердили одно: |
| "We must go, for death is in this house." | - Мы хотим уйти, потому что в этом доме смерть. |
| They all left, in spite of prayers and entreaties, testifying their regret at leaving so good a master and mistress, and especially Mademoiselle Valentine, so good, so kind, and so gentle. | И они, невзирая на все просьбы, покинули дом, уверяя, что им очень жаль расставаться с такими добрыми хозяевами и особенно с мадемуазель Валентиной, такой доброй, такой отзывчивой и ласковой. |
| Villefort looked at Valentine as they said this. | Вильфор при этих словах взглянул на Валентину. |
