— Хасан здесь все просто. Розница всегда приобретает свой товар у оптовиков, тем самым переплачивая дважды. К примеру, во сколько обойдется рознице купить двадцать шкур? По серебряному за каждую? Когда он сможет их продать, в тот же день или через месяц? Тем более он должен продать ее с выгодой для себя, за полтора серебряных или за два. С этой выгоды, он должен заплатить налог пятнадцать процентов, обеспечить свою семью, и закупить новый товар. Оптовики, продают не штучный товар по завышенной цене, они продают партиями по единой цене, тем самым легко избавляясь от товара. Они ведь не делают скидок, или подарков, рознице. Оттуда и разница. Наша Фейруз, продает свои штаны, и куртки, партиями, не меньше двадцати штук, в одной партии. Она не может продать, одним за меньшую цену, другим за высокую. Нет, у неё фиксированная цена на оптовый товар..
— Хорошо, согласен. Тогда другой вопрос: почему оптовики не могут строить дома вблизи границы? — спросил Хасан. — В чем проблема? Земли на северной и восточной стороне предостаточно. Пусть обратятся в контору к Климу, он им не откажет, — сказал Джамиль.
— Земли много, ты прав, но она находится слишком далеко от торговых палат. Они хотят поближе, тем более их не даёт покоя ваш стеклянный двухэтажный комплекс. Почему вы разрешили торговлю только рознице? Чем оптовики хуже? — продолжал Хасан.
— Оптовики не хуже, просто им там места мало. На десяти квадратных метрах розница может спокойно установить прилавок, полки и весь свой товар. Твои оптовики каждый из них просили три или четыре таких магазина. Зачем нам десять магазинов вместо тридцати? — заметил Джамиль.
— Ради налогов? — спросил неуверенно Хасан.
— Налоги здесь не при чем, нужно разнообразие товара, — ответил Джамиль серьезным тоном.
— Хорошо, согласен, — подняв руки, сказал Хасан. — Тогда разрешите оптовикам сделать стеклянные витрины, как в торговых палатах.
— Да без проблем, пусть устанавливают за свой счёт. Только сначала пусть подпишут соглашение. Стекольщик открывает лавку недалеко от них, так что пусть станут его первыми клиентами, — улыбнулась Стефания.
— Стефания, давайте закругляться, скоро обед. Продолжим после, — сказал Джамиль. — Лука, нужно съездить за Ахмедом. Я скоро забуду, как выглядит мой мальчик, совсем исхудал с вашими паровозами. Это же надо, телега сама едет. Чудны дела твои, о могучий Золотарий, — сказала Богдана. — И этого вашего позовите, Расула, совсем мужика загоняли…
— Началось, леди, началось! Воды хлынули! — с безумными глазами ворвался в малую столовую Ясень. Все за столом вскочили на ноги.
— Ясень, дорогой, объясни, что именно началось? Опять плотину прорвало? — взволнованно спросила Богдана, подходя ближе.
— Она кричит, встать не может. Злата сказала вас всех привести: тебя, Стефанию, Мину, Любаву и Софию… — загибая пальцы от волнения, перечислял он.
— Ясень, твоя Маришка рожает? — с улыбкой спросила графиня.
— Да, леди, у неё воды ушли… Я не знаю, как это правильно сказать, но леди, нам нужно поторопиться! Боюсь, как бы без меня дочка не родилась, — взволнованно произнёс Ясень.
— Лука, беги к деду Михею, пусть готовит лошадей! Мы рожаем! — крикнула Богдана вслед управляющему. — Джамиль, налей Ясеню немного вина, ему нужно успокоиться.
— Леди, мы опоздаем! — переминаясь с ноги на ногу, взмолился Ясень.
— Когда воды отошли?
— Кто? — не понял Ясень.
— Воды, когда ушли?
— А, это! Два часа назад, пока я Злату позвал, до Любавы доехал… Леди, поторопимся, она там одна кричит, у меня сердце испугалось от её криков!
— Вот, Ясень, выпей, успокойся. Сейчас все поедем к Маришке, — наместник протянул бокал с вином дрожащему Ясеню, а сам спешно покинул столовую. — Пей, это как лекарство, тебе нужно прийти в себя, — добавила Стефания с мягкой улыбкой.
— Всё, мы готовы! — вбежала запыхавшаяся Богдана, с корзиной в руках.
— Леди, лошади готовы, можем отправляться, — поспешно сообщил Лука, появляясь в дверях столовой.
— Джамиль, где ты? — громко позвала Стефания.
— Твой Джамиль побежал на кухню — там Неон с Рашидом привезли рыбу с икрой, — ответила Богдана.
— Леди, поторопимся! — воскликнул Ясень, уже направляясь к выходу.
— Величество, скажи Джамилю, что мы уехали, — взяв на руки лопоухого кролика, графиня чмокнула его в носик. — Ты, остаёшься дома за главного…
— Леди-и-и! — раздался рёв Ясеня с улицы.
— Да иду я, иду… Пусть сегодня всё будет просто, счастливые улыбки, лёгкие мысли и ничем не испорченный день, — подумала Стефания, выходя из дома.
*****
Тахир вздохнул, устало потирая виски.
— Порша, у меня больше нет сил. Золотарий мне свидетель, мы здесь уже четвертый час. Если ты сейчас не встанешь, я уеду и оставлю тебя одну. Сама дорогу найдешь? — сказал он, глядя на сестру.
— Ну ты и зануда, — фыркнула она, откусывая эклер. — Сейчас доем и поедем. Куда ты так торопишься? Смотри, сколько тут всего вкусного. Сходи, закажи мне творожный торт. Мы его с собой возьмём. И ещё вон те корзиночки с кремом, и мильфей трёхслойный. Как думаешь, Джамиль и Ахмед всё здесь перепробовали? Даже у нас в столице нет такого заведения.