Я воспользовался предоставившейся возможностью прогуляться по городу с Шарлоттой, ибо Жанна была занята своими обязанностями министра финансов. Встречаясь с людьми по пути, я получал вежливые приветствия слева и справа, но в глазах некоторых замечал тревогу.
Мне пришло в голову, что эти новые лица могут представлять собой переселенцев, только что прибывших сюда. Впервые за долгое время жители Мраморного казались столь обеспокоенными при встрече со мной.
— Население города, кажется, снова увеличилось. Откуда они взялись? — обратился я к Шарлотте.
— Роберт сообщил, что они прибыли из императорских территории, услышав о процветании здесь, — ответила она.
— Кто бы мог подумать, что наш город так привлекателен, — усмехнулся я. Может быть, это даже те самые люди, с которыми мы сражались в прошлой войне? Теперь они здесь, чтобы осесть. — Я думаю, нам придется уже не говорить о нем как о городке. Мои прогнозы говорят мне, что население прибавится на десять-двадцать тысяч.
— Бесплатное образование, трудоустройство и отсутствие феодальных бремен — все это привлекает их. Столица, похоже, пустеет, пока мы разговариваем. Никто не желает находиться под властью нестабильного императора.
— Убедись, что наш агент проведет исследование всех этих новых людей. Не позволяй никаким шпионам проникнуть. Если они кажутся подозрительными, устрани их, — проговорил я серьезно.
Этот всплеск населения, по моему мнению, не хорошая вещь. С легкостью множество «крыс» может проникнуть на нашу территорию. Будет разумно устранить все нестабильные факторы до того, как они смогут распространиться.
— Как скажете, — ответила Шарлотта.
Вечером.
После прогулки по городу я вернулся в свой кабинет. Мне приятно видеть, как система управления снижает нагрузку на людей, делая их жизнь легче. Взглянув на стол, заметил письмо от Николая I, в котором он осуждает мои действия.
Сейчас меня описывают как императора, а не дворянина. Другие дворяне считают Николая I лишенным разума императором. Меня интересует, почему Нильс не посягнул на трон.
— Следует ли мне довести его до полной беспомощности? Меня обвинят в грубости, если я не отвечу на его письмо, верно? — заметил я с легкой улыбкой.
Мне кажется, что все готово для следующего этапа.
Взяв красивую бумагу, я начал сочинять письмо, которое назвал «Декларацией независимости».
