«У бабушки моей Марьи Григорьевны было четыре сына и пять дочерей, – вспоминал Циммерман. – Ни один из сыновей не был женат и все они умерли в молодых летах; старший Павел [ротмистр лейб-гвардии Кирасирского полка
Так Мария Григорьевна стала еще одним звеном в фамильных связях родов Давыдовых и Орловых. В то же время, дети, появившиеся на свет от простолюдинок, могли оказаться совсем в другом статусе.
Другая дочь Григория Орлова, Елизавета-Шарлотта Винквист, объявилась в Царском летом 1793 г. Сюжет несколько напоминает финал пушкинской «Капитанской дочки». «Однажды императрица пошла одна гулять по царскосельскому саду, – пишет фон Гельбиг. – Вдруг из-за куста выпрыгивает молодая женщина, бросается ниц и обнимает колени императрицы. Девушка рассказывает, что она дочь князя Орлова, подкрепляет свои слова письменными документами, жалуется, что находится в тяжкой бедности, и молит об улучшении ее положения. Императрица обещала и действительно обеспечила ее приличным содержанием на всю жизнь».
С 1794 г. в Выборге проживала в доме одного пастора высланная из Петербурга девица Елизавета-Шарлотта Винквист, выдававшая себя за дочь князя Орлова. «Судя по ее письмам, она едва ли не вполне искренно считала себя таковою, – пишет биограф Г.Г. Орлова А.А. Голомбиевский. – Представила ли она какие-либо доказательства своего происхождения, неизвестно. Ей выдавалось на содержание из Кабинета Е.И.В. сначала по 325 рублей, а с 1797 г. – по 400 рублей в год. Пастору поручалось выдать ее замуж, но ему было нелегко ладить с гордой и своенравной девицей, в поведении которой, однако, не было ничего предосудительного. В 1801 г., декабря 14, ей разрешено жить, где она пожелает, с произвождением по-прежнему пенсии, буде она останется в России». Дальнейшая судьба Елизаветы не установлена.
Побочный сын графа Алексея Григорьевича Орлова-Чесменского, Александр Алексеевич Чесменский (1762-27.02.1820) был предметом постоянной отцовской заботы и любви. Ровесник Бобринского, Алексаша родился в 1762 г., когда его отец, тогда лихой армейский капитан, возводил Екатерину Великую на престол империи. Имя матери Александра не установлено: известно лишь, что в 1820 г. она еще была жива.
По желанию отца дядя Владимир Григорьевич Орлов, директор Академии Наук, в 1770 г. отправил Алексашу (под фамилией фон Островский) с другими русскими мальчиками, детьми дворян, учиться в Галльский педагогиум в Германии. Алехан регулярно интересовался успехами сына в учебе. «По просьбе брата, графа Алексея, Владимир Григорьевич осведомляется у г. Буньона об успехах и поведении учившегося в Лозанне молодого Островскаго, за которым отправлен был офицер. Но возвращение Островскаго в Россию, кажется, не состоялось; по крайней мере, два месяца спустя, граф Владимир Григорьевич, на замечание того же Буньона о том, что Островскаго "затрудняют извлечения", отвечал, что такие занятия весьма полезны, и не следует от них отказываться, а должно выбирать предметы, доступные понятиям ученика». Когда Алексаша вернулся домой, Орлов выхлопотал сыну фамилию Чесменского и причисление его к российскому дворянству. «В то время не узаконяли побочных детей: во все царствование Екатерины II был только один подобный случай с Чесменским, сыном графа Алексея Орлова», – отмечает в своих «Записках» графиня Варвара Николаевна Головина.
1 января 1774 г. Александр был зачислен сержантом в Лейб-Гвардию, 23 июня 1776 г. из сержантов Лейб-Гвардии Преображенского полка переведен в Конную Гвардию корнетом, сверх комплекта, и уволен до 1778 г. в дом, до окончания наук. В 1779 г. Чесменский был уволен в чужие края, на 3 года, и в 1779–1780 гг. обучался в Кембридже под опекой лорда Генри Пемброка.
С начала 1781 г. А.А. Чесменский – подпоручик, в 1782 г. – поручик, в 1784 г. – секунд-ротмистр, в начале 1787 г. – ротмистр конной гвардии. По указу Екатерины II 1 января 1789 г. из ротмистров гвардии Чесменский «выпущен был подполковником с секунд-рот-мейстерским старшинством» в армию.
