- Ты помнишь меня? - спросил он, заглядывая в невидящие его глаза. Спросил и пожалел об этом глупом потакании своим глупым желаниям. Конечно, не помнит.
Как и вчера, как и позавчера… как и месяц назад.
Кто он для неё сегодня?
Микото подняла на сына глаза, и её тонкие губы чуть дрогнули, изо рта вырвался хриплый стон.
- Идём, - покачал головой Саске, пытаясь осторожно развернуть мать лицом в коридор.
Внезапно что-то сильно толкнуло его в грудь. Парню понадобилось несколько секунд, чтобы понять: мать сама оттолкнула его. Такие вспышки злости и раздражения уже случались, поэтому не очень-то и удивили его. А вот то, что Микото бросилась на него с яростным рыком, заставило отшатнуться в сторону и едва не свалиться в ванную.
Женщина, врезавшись в раковину так, что с неё попадали зубные щётки, уставилась на сына подёрнутыми красной пеленой глазами.
Такого ещё никогда не было.
Она дышала быстро, сквозь тонкую кожу проступали кости грудной клетки, руки, оплетённые канатами вен, сжимали края раковины.
- Мам?! - громко позвал Саске, вытягивая руку к женщине. - Всё хорошо. Идём… я уложу тебя спать.
Резкий взмах, и парень одёрнул руку, прижимая её к груди. На коже резко проступили три глубокие, сразу налившиеся кровью, царапины.
- Итачи!
Она бросилась на него вновь, но Саске ринулся в бок и, вылетев из ванной, резко захлопнул за собой дверь, проворачивая ручку. За дверью слышался рык, стоны, звуки падающих склянок, а потом и звон разбившегося стекла.
- Итачи! - закричал Саске вновь и бросился в сторону зала.
Диван был пуст, как и комната старшего брата, когда Учиха решил проверить и её. Дома никого не было, кроме него и матери.
Замерев посреди коридора, Саске поражённо смотрел перед собой, совершенно не представляя, что делать дальше. Из-за шока парень напрочь забыл, что старший брат под следствием и уже несколько дней не живёт дома…
Руки мелко дрожали, по правой стекала кровь и капала на светлый ковёр, но боли парень не чувствовал.
Дверь ванной содрогнулась, будто бы от мощного удара. Если бы Саске не знал, что там закрыта его больная мать, то подумал бы, что случайно запер в тесной комнате какого-нибудь бугая. Саске отшатнулся, когда тонкая деревяшка, всё-таки не выдержав, слетела с петель. Пошатываясь, оттуда вышла Микото. Её чёрные волосы были растрёпаны, лицо перепачкано тёмной кровью, с губ срывался тихий рык.
- Мам, - успокаивающе проговорил Саске, смотря в пугающие глаза. Его рука метнулась к телефонной трубке, женщина вздрогнула, но на него не бросилась.
Немеющими пальцами, то и дело поглядывая на мать, Учиха быстро набрал номер скорой помощи, но в трубке раздались короткие гудки, а в следующий момент Микото всё-таки дёрнулась вперёд, сбивая сына с ног и прижимая его к стене.
- Перестань! - выпалил Саске, цепляясь в её плечи. Он не мог понять, почему Микото пытается достать до его шеи, почему зло впивается ногтями в руки, оставляя новые кровавые следы.
Под его собственными пальцами, её тонкая кожа внезапно провалилась, выпуская на поверхность желтоватую сукровицу и резко ударивший в нос запах гниения.
Саске попытался оттолкнуть её, но варёные глаза сверкнули яростью и зубы клацнули в пальце от его шеи.
- Ты…
Договорить он не смог. От запаха тлена закружилась голова, его пальцы ушли глубже в какую-то рыхлую плоть и Саске резко дёрнулся в сторону, налетая спиной на кухонную тумбу. Микото с рёвом врезалась в стену, повернула к сыну голову и низко зашипела, капая тёмной слюной.
«Она мертва», - нервно пробормотал внутренний голос.
Мертва ли?
Всё произошло практически инстинктивно. Женщина, оттолкнувшись от стены, кинулась на него. Рука Саске метнулась в сторону, хватая что-то со стола. Звук вспарываемой плоти.
Микото застыла, но спустя секунду вновь двинулась ближе, а Саске опустил взгляд на нож, который, как в масло, вошёл в живот женщины.
Рука его разжалась, Учиха отшатнулся, глядя на рухнувшую на четвереньки женщину. Из раны капала густая тёмная кровь, и запах разлагающегося мяса лишь усилился.
Упёршись спиной в тумбу, Саске застыл. Шок и ужас сковали тело, заставляя превратиться в онемевшее изваяние.
То, во что превратилась его мать, медленно ползло к нему, оставляя за собой тёмные склизкие лужи. Из её рта вырывались непрерывные хрипы, а руки царапали воздух в попытке добраться до него.
Ещё немного. Ещё шаг.
Входная дверь открылась с таким грохотом, что Микото вскинулась на звук. Минутная пауза, рык, а потом выстрел.
Саске вздрогнул, когда перед ним упало тело женщины, а рядом опустился кто-то со знакомым голосом.
- Саске? Ты не ранен? Не задела?
- Итачи… - тихо произнёс младший. - Она… ты…
- Это не наша мать. Уже не наша.
- Как?
- Нет времени. Вставай. Нужно бежать.
***
Настоящее.
На улице было холодно. Поднявшийся ночью мороз больно кусал за запястья и губы, но сигаретный дым вроде бы помогал согреться. Саске стоял на крыльце детского дома и бесцельно шарил взглядом перед собой. Что он пытался разглядеть в подсвеченной снегом темноте, парень не понимал, но был уверен: тени перед глазами - это как раз то, что он так долго ждал.
