— Дайте их сюда, тупица! Уэдди! — закричал он в микрофон. — Боевая рубка! В чем причина задержки? Я дважды нажимал на плунжер. Прикажите ракетчикам, прикажите им произвести залп! — В голосе его звучали истерические нотки, он дико размахивал руками.
Первый помощник кинулся мимо него в боевую рубку.
— Отставить! Отставить! — закричал он Уэдди.
Командир боевой части сорвал наушники и удивленно воззрился на первого помощника.
— Уэдди! — задыхаясь, проговорил Каван. — Залпа не будет! Все приказы подложные! Шэдде спятил!
— Но… Но почему они не запустились?.. Ведь он нажал на огневой плунжер! — заикался Уэдди.
— Забудьте об этом. Все это обман, говорю я вам. Приказы были ложные. Приказываю отставить боевую тревогу!
— …Но командир… — ошеломленно произнес Уэдди и посмотрел на экран центрального поста, где бушевал и жестикулировал Шэдде.
— Он свихнулся! Сошел с ума, понимаете? Я беру на себя командование! — С этими словами первый помощник рванулся обратно в центральный пост.
Увидев, что Каван побежал в боевую рубку, Шэдде решил, что он отправился туда выяснить причину, почему ракеты не выстрелили.
— Ну что там, первый? Что случилось? — закричал он. Пот заливал ему лицо, голос дрожал от нетерпения.
Первый помощник остановился и посмотрел прямо в лицо командиру.
— Ничего не случилось, сэр, но ракеты выпущены не будут, — твердо сказал он. — Эти приказы ложные.
Мгновение казалось, что глаза Шэдде вылезут из орбит. С диким воплем он подскочил к первому помощнику и толкнул его с такой яростью, что крупный и тяжелый Каван отлетел к штурманскому столу.
— Проклятый изменник! Как вы смеете?! Это бунт! Вы арестованы! — завизжал командир и обернулся к Аллистэру. — Арестовать его! В карцер, под замок! Передайте руль Хиггинсу! Помогите лейтенанту Аллистэру, боцман! — Он мял в руках переговорное устройство младшего лейтенанта и закричал в микрофон: — Уэдди! Уэдди! Госс! Немедленно в центральный пост! — Затем повернулся назад и бросил горящий, недоверчивый взор на Саймингтона, доктора, Килли и первого помощника, медленно приближавшихся к нему. Его лицо перекосилось от бешенства. — Не подходите, слышите! Бунтовщики! Хотите помешать ходу истории! — Голос его был безумен, он пританцовывал на месте в припадке злобы. — Аллистэр! Боцман! Арестуйте этих офицеров немед…
Он не успел закончить фразу. Килли набросился на него, и Шэдде оказался на полу. Килли удерживал его за ноги. Каван, доктор и Саймингтон немедленно пришли ему на помощь. Завязалась яростная схватка. Шэдде изо всех сил отбивался руками и ногами.
— Проклятые изменники!.. Предали Англию!.. Обождите, трибунал воздаст вам за это!.. Аааа! Аааа! — задыхался он, барахтаясь на полу и хватая ртом воздух.
Младший лейтенант лежал на полу, держа Шэдде за ноги; первый помощник сидел на груди командира, а доктор и Саймингтон удерживали его за руки.
Шэдде повернул голову и увидел штурмана. Глаза его налились кровью.
— Вы… Вы… — взорвался он и с новой энергией начал отбиваться. — Подлец! Это ваших рук дело… Ваших… — Он вдруг обмяк, застонал и принялся едва слышно бормотать: — Пролив Ломбок. Фицхью Саймингтон… Проклятая семейка преследует меня… — На мгновенье он умолк, ворочая дикими, ненавидящими глазами, и затем вновь забормотал: — Ах, Нельсон!.. Счастливое содружество братьев… Прости меня, Нельсон, прости меня!..
— Успокойтесь, сэр! — тяжело дыша, произнес первый помощник, желая утихомирить командира, но его голос вызвал у Шэдде новую вспышку ярости.
— Вы обезумели!.. Все вы… Вот увидите, военный трибунал… Считаете себя англичанами… Боже! Вы предали ее… Предали Англию… Свиньи! Идиоты! Я бы заставил Россию встать на колени перед Англией! Сразу прекратил бы все угрозы… Вы помешали мне! Помешали мне!.. — простонал он и откинулся назад, измученный, бездыханный.
К этому времени в центральном посту появились люди и столпились вокруг, недоуменно глядя на то, что происходит. Среди них были Госс, Уэдди, мистер Баддингтон и оба вестовых. Боцман, Грэйси и Фэрелл остановились в растерянности над барахтающимися на полу офицерами.
Галлахер, раскрыв рот, удивленно наблюдал за открывшимся перед ним зрелищем, но никакого участия в нем не принимал.
— Что тут происходит? — спокойно спросил он.
Все еще сидя верхом на Шэдде, первый помощник, тяжело дыша, ответил:
— Скоро узнаете! — Затем обернулся к Госсу и Уэдди: — Уэдди, возьмите на себя управление кораблем. Следите за дифферентом! Держитесь этого же курса и скорости! А вы, Госс, снимите боеголовки и как можно быстрее!
— Кто-нибудь подержите его руку… — кивнул доктор на руку командира, которую он удерживал из последних сил, — я сбегаю за шприцем и морфием.
— Как вы смеете! — закричал Шэдде, снова пытаясь вырваться. — Паршивый лекарь! Не вздумайте делать надо мной свои опыты! — Он тут же обмяк, но мгновение спустя диким рывком едва не сбросил с себя Кавана. — Галлахер, Аллистэр! Боцман! — отчаянно призывал он. — Помогите мне! Оттащите этих людей… Они бунтовщики! Они… — Голос его затих, и он откинулся на спину, стеная и тяжело дыша, в то время как Госс сменил доктора.
