«Я могла просто войти через черный ход, добраться до резервного командного центра, всех там убить и выполнить работу оттуда», — поняла девушка. И никаких тускенских плясок. Хатт, да может вообще стоило воспользоваться служебным турболифтом, спуститься в подвалы и вырезать серверы прямо из стены информационного центра?! Нет, серьезно!? В коем-то веке она решила перестраховаться и на тебе. Перехитрила саму себя.
— Ну да, — Джейд изобразила недоумение. — Главный вход в центральной части библиотеки, а аварийный — в дальнем конце. Это все знают.
— Например я — впервые слышу, — голос незнакомки был спокоен. Но Мара уже видела, что та несколько отвела правую ногу назад. Игра пальцами правой же руки — так профессиональные бойцы стряхивают напряжение с кисти и запястья перед боем. Умная девочка. Уже готовится к драке. Вот только ничего не будет. Один укол светового меча в твое до безобразия холодное, но красивое (вот сучка!) лицо — и все, что нужно, так оттолкать тебя под ближайший стол.
— Точно? — уточнила Мара. — Может вы тут просто не местная?
— Я — Винтер, помощник принцессы Лейи Органы Соло и советника Мон Мотмы, — без какого-либо чванства произнесла беловолосая. — Я здесь везде — «местная».
Нет, точно сучка. Такую убить жалко — бесценный источник информации.
— А… — Мара продолжала выигрывать время для Гента. Мара исподтишка покосилась на блондинку. Она читала все досье Императора, разведки, Убиктората и всех-всех-всех, кто только мог предоставить главе Империи информацию, на лидеров и наиболее важных членов Альянса повстанцев, но имя Винтер ей решительно ничего не говорило. А значит, та либо свежеспелая «помощница», либо была на задворках.
— То-то мне лицо ваше показалось знакомо. А мы с вами в Альянсе не пересекались? В снабжении.
Тыловые подразделения — это самая монотонная, муторная и совершенно не запоминающаяся часть службы любого солдата. Конечно, если он не приворовывает. Так что, крайне маловероятно, что эта Винтер…
— Нет, — уверенно произнесла та. — Вас никогда не было в службе снабжения Альянса.
— У нас была небольшая группировка…
— Большую часть войны я летала от планеты к планете, работала на группу материального обеспечения, — ответила Винтер. И ее пальцы на правой руке сжались в кулак. — Я знакома со всеми снабженцами всех без исключения групп и группировок повстанцев.
— Гонишь, — продолжала осторожно прощупывать почву Мара. А в груди зародилось крайне нехорошее предчувствие. — По всей галактике были сотни ячеек, если не тысячи…
— Я запоминаю все, что вижу, — ответила та. — И кого вижу. Меня забрасывали на склады Империи и с одного взгляда я запоминала расположение всего груза. Вас я вижу в первый раз. Кто вы, и что здесь делаете?
«Сила, да у тебя поистине изощренное чувство юмора», — мрачно подумала Джейд. Она поняла, кто стоит перед ней. И оттого желание взять эту женщину живой нарастало с каждой секундой.
В отчетах, относящихся к периоду до битвы у Явина, Руке Императора не раз и не два попадалась на глаза информация о таинственном агенте мятежников. Никто не знал ни его расы, ни пола, ни подлинной личности. Зато знали способ его работы. И уникальную способность — эйдетическую память. Даже в галактике разумные с подобным даром появляются очень редко, за исключением нескольких рас.
— Рада наконец-то познакомиться, Наводчик, — против воли сардонически улыбнулась Мара. — Много же ты нам крови попила…
— Кто ты и что здесь делаешь? — женщина, услышав одно из своих прозвищ — то, которое обожали имперцы, сделала шаг назад, чтобы разорвать дистанцию. — Генерал Соло скоро прибудет сюда и тогда…
— Но ты же должна понимать, — Мара картинно выбросила фиолетовый клинок из ладони, — что тебе это уже не поможет…
— Рука Императора, — голос Винтер дрогнул. Слегка, практически незаметно. Похоже Новая Республика все же смогла найти пару лазеек к секретам под Императорским дворцом. Потому что единственная база данных, в которой фигурировала Мара, располагалась именно там.
— Вот и познакомились, — расплылась в улыбке Джейд, бросившись в атаку.
За годы службы как на борту ударного крейсера типа «Уравнитель» в Великой армии Республики, так и на борту имперских кораблей, капитан Пеллеон участвовал, наверное, в сотнях, если не тысячах сражений. Сперва ты ими гордишься, пересказываешь каждому своему приятелю и знакомому любое боестолкновение, описываешь в красках и всеми возможными словарными эпитетами передаешь то, как ты был рад находиться на борту корабля, который участвовал в столь занимательном сражении.
После первой сотни сражений такое желание уже сокращается до немногословного описания лишь самых занимательных из всех.
С годами, когда жизнь превращается в череду сражений, патрулирований, ремонтов, техобслуживания, стычек с пиратами и прочую рутину, о службе хочется говорить уже как можно меньше.
Просто потому что надоело. Человек такое существо, что со временем даже самые яркие эпизоды в жизни, теряют краски, выцветают и уходят в такие уголки памяти, что уже и не хочется их оттуда доставать.
Но появление Трауна… Изменило все.
