Все это было слишком странным. Сфера, светильники, даже столы… Кончиками пальцев придвинув поближе еще одну карту, я с изумлением рассматривала детализированные дома одного из городов, всматривалась в нисколько не изменившееся хитросплетение улиц. Руки сами потянулись к другой карте — еще город, еще и еще…
Прикусив губу, принялась рассматривать следующую прошитую нитками папку — там были эскизы внешности местного населения, словно… словно…
— Ты думаешь о том же, о чем и я? — Варт в это время перебирал бумаги на противоположном конце стола.
Мне было страшно озвучить собственные мысли, но, кроме слишком странной догадки, ничего в голову не приходило.
— Не знаю… — Пальцы продолжали ворошить бумаги, словно новая информация могла развеять мои подозрения. Но вместо опровержений были одни лишь подтверждения. Новая стопка карт городов, заметки о местном быте, исторических ценностях.
Я все еще перекладывала документы, пыталась осмыслить информацию и сложить в единое целое, когда пальцы наткнулись на нечто твердое под очередным листом папируса. Быстро переложив документы, я с удивлением и легким внутренним трепетом уставилась на массивное кольцо с изображением двух стихий — огня и земли, олицетворяемой веткой дерева. Кажется, именно такие раньше высоко ценились у светлых.
Хм… Пока я рассматривала украшение, Варт не терял зря времени, вчитываясь в пыльные фолианты на краю стола.
— Смотри! — эмоционально выкрикнул ушастый, повернув ко мне светящееся от восторга лицо. Инстинктивно засунув кольцо в карман, я подошла поближе. — Тут прописаны особенности ясновидцев и как они были созданы. Оказывается, их дар переходящий, но особым образом. В момент смерти старца его способность чувствовать манну передается самому молодому из стоящих рядом. А если никого вокруг нет, то она уходит в ближайший камень или дерево, чтобы потом перейти к ребенку.
Я вчиталась в скупые ровные строчки, где действительно описывалось все, о чем говорил Варт. Сомнений больше быть не может — мы нашли логово создателей Иллюзионариума!
С благоговением оглядываясь по сторонам и оценивая всю важность нашей находки, я неосознанно достала кольцо и принялась вертеть его в пальцах. Всегда так делаю, когда волнуюсь.
— Этого просто не может быть… — наконец выдохнула я, зачем-то надевая печатку на палец под внимательным взглядом эльфа. — Мне казалось, все факты о создателях иллюзорного мира давно канули в небытие. Наша находка по-настоящему драгоценна! Надо остаться здесь и как следует все изучить! — Восторженным взглядом я посмотрела на наемника, поневоле оказавшегося моим союзником.
Варт молча кивнул, явно соглашаясь со мной. Вот и отлично!
— Ты исследуешь ту половину комнаты, я эту. Потом поменяемся. И я видел, что ты взял кольцо со стола, — зачем-то уточнил он, словно это имело какое-то значение. Я пожала плечами. Каюсь, виновна, но ничего не могу поделать со своей привычкой брать все, что плохо лежит. Тем более это кольцо все равно уже никому не принадлежало.
Много тысяч лет назад...
— Свершилось. — Старый маг, ссутулившись под тяжестью прожитых столетий, переглянулся с такой же старой, но до сих пор прекрасной, хотя бы в его глазах, женщиной.
Когда-то она была одной из первых красавиц Шиасмариаэла: светлокожая, золотоволосая, синеглазая. Сейчас золота в волосах почти не осталось, кожа покрылась морщинами, а синева в глазах поблекла. Но взгляд по-прежнему оставался уверенным и властным. Именно этот взгляд когда-то привлек внимание молодого дракона, и, несмотря на вечную вражду между их королевствами, он сумел добиться любви лесной эльфийки.
Остальные несколько десятков магов, стоящих позади пожилой пары, молчали, не нарушая торжественности момента.
— Наша мечта сбылась, — продолжил старик, махнув рукой в сторону простирающегося внизу пространства.
Это был целый мир, казавшийся игрушечным с огромной высоты, на которой расположились любующиеся на него маги. В нем были и зеленые леса, и синие моря, и голубые горы, и желтые пустыни...
— Всему этому великолепию не хватает только одного — нас. — Дракон взял стоящую рядом с ним женщину за руку. — Мы прожили вместе счастливую и долгую жизнь. Пришла пора объединить наши сознания и вновь разделить их на крупицы, которыми мы наполним жителей этого мира. Позже эти частички снова вернутся к нам, обогащенные новыми знаниями, и мы с тобой будем жить вечно в этом прекрасном мире! Как бы ты хотела его назвать, дорогая?
Эльфийка мечтательно улыбнулась, сразу помолодев лет на четыреста. Правда, ее волосы так и остались белыми, почти как у подошедшего к ним темнокожего эльфа из тех, что, в противовес лесным, часто называли себя подгорными. Хотя большая часть других рас предпочитала называть их гораздо короче — дроу.
— Пора начинать, госпожа. — Мужчина, посмевший приблизиться к паре магов, склонился в почтительном поклоне. Это означало высшую степень уважения, потому что дроу презирали все другие расы, даже своих светлых соплеменников. — Рабов уже привезли.
