– Не неси чепухи! Я думаю о будущем девочки! Титул графини Лори поможет ей найти отличную партию.
Мать громко ахнула.
– Ты и титул хочешь ей передать?!
– Как ты можешь так говорить? Мы растили её с пеленок вместе с Анной! Она мне как дочь, пусть и не по крови.
Медовые глаза Рокси наполнились слезами. Капли пробежали по щекам капая на дрожащие руки. Она громко всхлипнула и из-за всех сил побежала в сторону сада, раскрывая своё место укрытия.
Граф громко кричал ей в след, чтоб она остановилась. Но неокрепший детский ум не хотел принимать всего, что она услышала.
Анна нашла её у ручейка, под тенью дуба, раскинувшего свою пушистую крону высоко вверх.
– Мы же договаривались прятаться только в доме.
Рокси ковыряла палочкой камушки, омываемые звонкой прозрачной водой.
– Ты знала? – спросила она у сестры, посмотрев на неё снизу-вверх.
Анна глядела на сидевшую на земле девочку, опустив уголки бледно-розовых губ. Зеленые глаза на фоне подсвеченной солнцем листвы казались неоновыми. Анна беспокойно теребила золотую косичку, потупив взгляд. Вновь посмотрев на неё, кинулась к Рокси, упав на колени и крепко обняв.
– Мне плевать на это, я всегда считала тебя сестрой!
– Я люблю тебя, Анна. – шмыгнула носом Рокси, обняв свою сестру в ответ. – Теперь понятно почему матушка меня недолюбливает.
Анна с улыбкой посмотрела в карие глаза девочки, слегка двинув кулачком ей в плечо.
– Папа ждёт тебя в кабинете. Он хочет с тобой поговорить.
Рокси встала, бесполезно отряхнув грязь с белого кружевного платьишка. Тяжело выдохнула и твердо зашагала в сторону поместья.
– Детка, я не хотел чтобы ты так обо всём узнала. Мне жаль.
Рокси сидела на небольшом диванчике в кабинете графа, ковыряя носком сандалика пушистый ворс коричневого ковра. Генри Лори подпирал тяжелый письменный стол, сжимая пальцами его край и ощутимо волнуясь.
Он осторожно подошел к малышке, присаживаясь перед ней на колени. Приподняв опущенный трясущийся подбородок, заглянул в её золотисто-карие глаза.
– Ты моя дочь и всегда ей будешь, не смотря ни на что. Знай, что твой род – один из самых могущественных кланов вампиров, одаренных природной магией и чистым сердцем. Твой кровный отец мой далекий кузен. Он умер, проиграв все свои деньги и дом после трагической смерти жены. Я забрал тебя под покровительство совсем крошку. Анна уже родилась и отцовское сердце не смогло пройти мимо беды, скосившей твою семью. Но ты, Рокси Лори – моя дочь, а я твой отец. Навсегда.
Девочка расплакалась, обнимая черноволосого мужчину с залегшей сединой у висков, с цветом глаз повторяющий оттенок Анны. Он покачивал её в теплых объятиях, успокаивая, гладя по шелковым кудряшкам малышки.
– Я люблю тебя, папа. – прошептала девочка ему на ухо.
Рокси положила ему свою голову на плечо. В проеме дверей стояла графиня Амелия Лори.
Красивая золотоволосая женщина смотрела на неё с нескрываемой злобой в голубых глазах. Вечно холодный, осуждающий взгляд матушки проникал в самую душу, холодя её.
Рокси сжала пальчиками рубашку графа от пробравшего страха, но ничего не сказала. Про себя она всегда надеялась на теплоту со стороны графини.
Но Амелия развернулась на месте и ушла.
Каким бы страшным и мрачным не был Демирит, он все же был волшебным.
В глубине его владений, за стеной гор, в самой густой его части раскинулась свежеотстроенная обитель отступников.
В главном зале дома вожака, на огромном троне из белёсых костей и черепов восседал красноглазый Урсул.
Его длинные черные волосы ложились на голую мощную грудь. Она была покрыта татуировками, как и руки. Замысловатые узоры и древняя письменность переплеталась с белыми и розовыми шрамами.
В середине зала, в кругу земли пылал костер. Он внимательно смотрел как танцуют перед его очагом три полуголые жрицы, пришедшие из святилища, которое практически не покидают.
Их тела извивались, словно у диких кошек. Клыки выступили наружу. Переливы красного серебра в глазах нарастал. Было видно, как пик возбуждения подходил к их вершине.
Полупрозрачные легкие одежды уже покрылись потом, а бледная кожа измазана в крови пойманного альбиноса-дракона, распятого прямиком под деревянным потолком.
Дождь стучал по крыше, молнии били в такт музыки. Лето заканчивалось и скоро придет смена зимы. Год выдался весьма урожайным и плодородным. Теперь голод не страшен его клану.
Альбинос – прекрасный знак, ведущий к переменам. Урсул так давно ждал его, посланного Демиритом толчка к действию. Он долго собирался силами, чтобы отомстить, и наконец-то нашел способ.
Ритуальная песнь затянулась. Ударные ноты барабанов из оленьей кожи набирали темп. Огонь трещал, поглощая бросающие в него гроздья трав и раздробленных кристаллов.
Стоны жриц заполняли пространство, как и исходящий от костра дым. Красные глаза, светящиеся во тьме помещения, сверкали в их стороны. Урсул слышал рычание и шипение, но все оставались на месте.
Сначала ест хозяин, а потом остальные. Если, конечно, он позволит.
Урсул болтал золотым кубком, размешивая в нём жертвенную кровь с соком ядовитого дерева, не дающего ей свернуться.
