Будьте осторожны со своими желаниями, они имеют свойство сбываться! Если ты обычная, вечно витающая в облаках девушка, не удивляйся если однажды фантазии станут явью, и не оправдают твоих ожиданий. Старая мечта уйдёт, и ты возжелаешь избавиться от морока и вернуться на грешную землю... но как это сделать?
Утро понедельника выдалось вопреки обыкновению — добрым. Ещё бы! Никаких тебе будильников в рань раннюю! А из‑за шторок вместо пасмурного неба виднеется залитая солнечным светом листва. Да и вообще… сессия позади! Впереди два месяца полной свободы! Первый день каникул по определению обязан быть добрым!
Блаженно потянувшись и ощутив бьющую через край энергию, я буквально взлетела с кровати. Первым делом раздвинув шторы, впустила солнечных зайчиков, весело запрыгавших по лакированному паркету.
За окном… красота! Хочешь, не хочешь, залюбуешься. Живём мы в элитном посёлке в ближнем пригороде, под Питером. Дом граничит с лесопарком, давая жильцам возможность любоваться небольшим, но очень живописным озером.
В квартире тихо. Родители, скорее всего, уже на работе. Заскочив на кухню, щёлкнула кнопочкой на электрочайнике и поскакала в ванную комнату.
Из висящего над раковиной зеркала на меня взглянула этакая ведьмочка–обольстительница из сказок: слегка взлохмаченные волосы, длинными тёмными локонами спадают на высокую и, что скрывать, — красивую грудь… аж сама залюбовалась, блин.
Ой… нескромно? Ну и что? У меня четвёртый размер! Да–да! Свой, родной! Никакого силикона! Моя гордость и оружие против соперниц. Вот только эта самая красота для потенциальных воздыхателей затмевает всё остальное. А жаль.
У меня ведь глаза, можно сказать, удивительные. Они имеют обыкновение менять оттенок. От зелёного до янтарного при хорошем настроении, а когда злюсь или боюсь — становятся почти чёрными. Мало того, ещё и обрамлены настолько густыми и тёмными ресницами, что отпадает необходимость по утрам тратить время на макияж. Но замечают эту особенность, увы, немногие: мама да подружки, а парням как‑то не до глаз, им то, что пониже подавай. Кобеляки.
Приняв душ, натянула любимые джинсовые бриджики и футболочку с глубоким декольте, на ходу выпила кружечку привезённого из Индии жёлтого чая. Поспешила в парк, не забыв прихватить альбом и карандаши. Хобби у меня такое: люблю наблюдать на досуге за отражающимися в водной глади облаками. Вечно мне что‑то видится: то замки, то летящие в небесной синеве драконы… понимаю, конечно — это всего лишь фантазии, но даже в свои двадцать не перестаю верить в сказки и зарисовывать то, что пригрезилось.
Друзьям это увлечение не по нраву. Знай у виска пальцем крутят, то и дело находя очередные шедевры. Отец вообще при их виде почему‑то бесится. Мама — единственный человек, который не только не осуждает, но всячески поощряет моё хобби, из‑за чего нередко ссорится с папой.
— Каждый человек должен себя творчески реализовать в чём‑либо! И не важно, что это будет: стихи, картины, романы, музыка. Главное, чтобы внутренние порывы находили выход, — утверждала она.
Ну а папа стоял на своём:
— Реализовываться надо в работе! Это выгодно!
Спорить с отцом, увы, бесполезно. Бизнес — его конек. Он привык отдаваться своему делу целиком. Потому и не понимает: как можно тратить время на что‑то иное, если это иное не приносит доход? И был бы предельно счастлив, уйди я с головой в экономику, но не лежит у меня к ней душа и всё тут! Да, поступила в институт. Да, учусь как ни странно хорошо. Даже на красный диплом тяну! Но без интереса. Лишь бы отстали.
…Из‑за угла выскакивает гонимая соседским псом кошка и, едва не угодив мне под ноги, запрыгивает на ближайшее деревце, спугивая стайку сидевших там птиц.
Улыбаюсь. С наслаждением вдыхая полной грудью тёплый, насыщенный ароматами трав воздух, я добрела до озера. Как всегда, взобралась на горизонтально нависающий над водой ствол одиноко растущего у кромки берега дерева. Отсюда открывался чудесный вид. А если долго смотреть на слегка рябящую под слабыми порывами ветерка водную гладь, то можно увидеть то, чего на самом деле нет. И вот надо же. Вроде и небо чистое, и ни единого облачка, а видятся мне белоснежные врата, а за ними…
Карандаш скользит по бумаге, стараясь запечатлеть начинающее терять очертания видение.
— Красиво, — раздаётся откуда‑то из‑за плеча приятный, этакий бархатистый мужской голос. — Я узнаю это место…
Неожиданное появление незнакомца сбило настрой. Передо мной теперь простиралась всего лишь отражающая чистое небо водная гладь. Я мысленно взвыла: «У–у-у!!! Как задолбали подкаты этих озабоченных самцов!»
— Его не существует, — скрыв свои мысли, с долей разочарования вздыхаю я.
— А ведь я не шучу, — вновь раздаётся голос, от звуков которого, будоража чувства, по спине и рукам пробегает целый табун мурашек.
Вот и как реагировать? С одной стороны, этот тембр ласкает слух, его хочется слушать и слушать… раствориться в этих звуках… а с другой, из‑за него я потеряла прекрасную картину. Поймав очередное видение, я люблю рисовать и фантазировать: где это, кто живёт там, есть ли там магия?..
— Почему людям свойственно отрицать всё то, что они до этого момента не видели собственными глазами? — промолвил тот же голос.
