Поднявшись по лестнице, я оказался на галерее. Нет, таки есть перестройка. Изнутри дом стал похож на образцовое британский особняк, где прямо из прихожей наверх ведёт широкая лестница с галереей наверху. А вот где сама хозяйка?
— Элен, ты дома?
Никто не отозвался.
— Элен!
Где-то послышались лёгкие шаги, из боковой двери на галерею вышла молодая, очень красивая женщина в платье начала прошлого века — длинный тёмный низ с высокой талией, белая строгая блуза почти под горло, облегающий жакет со скромной отделкой. Чёрный галстучек-лента, неброская брошь на жакете слева.
— Здравствуйте… — озадаченно сказал я, сдержанно и коротко наклонив голову.
Особа, в чьём статусе не уверен.
Она стояла и смотрела на меня расширившимися глазами. Лицо несколько строгое, классическое, скульптурное, тщательно уложенные назад волосы цвета тёмной бронзы с чёрной лентой, на вид лет двадцать пять.
Рядом с ней я смотрелся страшненько. В поношенной полевой форме, да ещё в своих полукустарных доспехах. На ремне два ножа, один на голенище, автомат на плече и "Стечкин" сбоку. И густая бармалейская бородка. У меня щетина росла на восточный манер, а с бритьём в походных условиях туговато.
— Позовите, пожалуйста, мисс Уордер.
— Это я. А вы, простите… — она замерла в недоумении. — Харальд, это ты?
— Элен? — в свою очередь вопросительно покосился я. — Не узнать.
— Я сама себя уже не узнаю. Проходи, будь как дома.
— …но не забывай, что в гостях, — съехидничал я. Элен укоризненно вздохнула и провела меня в большую светлую комнату на втором этаже. Обстановка здесь была необычной. Среди стеклометаллической техно-мебели с аппаратурой нашлось место для большого кожаного дивана с парой кресел и письменного стола в староанглийском стиле.
— Есть будешь? — как-то очень по-домашнему спросила она и прошелестела юбкой куда-то за невысокую перегородку. — Не откажусь. Но тогда уж и с собой заверни. У меня отделение вон стоит… — я кивнул на окна.
— Видела. Пригласил бы. Есть где всех усадить.
— А как они сюда войдут-то?
— Войдут. Давай, зови. Можешь прямо из окна.
Уже не удивляясь, я раскрыл широкую створку.
— Давайте все сюда! Кормёжка!
Элен за моей спиной хихикнула. Я представляю, как они посмотрели на возникший из ниоткуда особняк. Но тёртый Зоной народ так просто не напугаешь, и через пять минут по лестнице поднимался целый отряд во главе с Сандрой. Элен с интересом смотрела на них из-за плеча.
— Ну и головорезы… Особенно тот, худой.
— Это Олег. Он с самого начала всей этой катавасии с нами. И еще, не поверишь, кого мы встретили, их сейчас двое.
— Кого?
Едва все зашли в зал, как Эвис и Инвё, рассмотрев Элен, разом вышли вперёд и по-рыцарски встали перед ней, на правое колено, что-то медленно заговорили по-своему. На точёном лице Элен отразились все чувства, какие я только знал. Она кинулась к ним, пытаясь поднять и обнять обеих сразу, в конце концов ей это удалось. Стоя тесно, рядом, они все смотрели друг на друга с нескрываемым восхищением и радостью, как бывает после очень долгой разлуки. Но Элен что-то сказала им, всё на том же церемониальном наречии, так мной и не выученном, и эльфини сразу погрустнели. Вскинув голову, Эвис простой речью выдала:
— Ты всё равно будешь для нас той, кто ты есть, госпожа. Сейчас же, если позволишь, мы вернёмся к нашим друзьям и спутникам.
Элен рассеянно кивнула и жестом пригласила нас в сторону перегородки, скрывавшей камбуз — по-другому я бы это и не назвал. Ну, или как говорят дизайнеры жилья, это была обеденная зона, совмещённая с кухней. Осталось неизвестным, как она успела накрыть такую поляну, но мы, давно не евшие в нормальной домашней, семейной обстановке, не стали ломать головы в догадках.
Через полтора часа неторопливого, вдумчивого обеда мы разделились. Лейла, Олег и Сандра вернулись к машинам, чтобы привести их в порядок после долгого перехода, Славик и Марина где-то уединились с молчаливого согласия хозяйки дома, и в гостиной остались четверо. Я, Элен и сёстры.
Элен достала из холодильника тёмную бутылку без этикетки, поставила на стол четыре высоких бокала.
— Я хранила это как раз для такого случая, Харальд. Должна признаться, с какого-то времени я потеряла связь с тобой и уже не надеялась, что ты появишься здесь. Пока вас не было, в городе многое изменилось.
Она выдернула вычурную пробку, в бокалы полилась густая тёмно-синяя жидкость.
— Такого ты точно никогда не пробовал. Эта настойка сделана по рецепту моей родины.
Эвис и Инвё вопросительно посмотрели на Элен, но она промолчала.
Я взял бокал, вдохнул колыхнувшийся воздух. Какие-то травы, пряности, алкоголь тоже присутствует. Но букет… Ни одно из известных мне виноградных вин так не пахло. Это было что-то похожее на солоноватый морской ветер, пролетевший десятки километров над прогретыми солнцем горными лугами. Попробовав, я ощутил на языке лёгкое покалывание, хотя игристым напиток точно не был. Элен весело смотрела за моей реакцией. Вкус я затруднялся определить, в нём имелось что-то от выдержанного муската и что-то от мёда, с примесью терпкого оттенка айвы.
