Яркий свет ударил по глазам, и я инстинктивно зажмурился. Когда я наконец решился открыть глаза, то обнаружил себя в… конференц-зале? Стерильно-белые стены, длинный стол из черного стекла и с десяток пар глаз, уставившихся на меня.
"С возвращением, агент Алекс," – произнес мужчина во главе стола. Его лицо казалось смутно знакомым, но я никак не мог вспомнить, где его видел. "Как прошла симуляция?"
Я моргнул, пытаясь собраться с мыслями. "Симуляция?"
"Да, учебная миссия. Вы провели в ней…" – он глянул на планшет, – "субъективные три месяца. Для нас прошло всего 47 минут."
Я почувствовал, как к горлу подступает смех. Истерический, но что поделать – ситуация располагала.
"То есть, вы хотите сказать, что все это: квантовые перемещения, множественные реальности, Кафе 'У последней сингулярности' – все это было… тренировкой?"
Мужчина – теперь я вспомнил, это был директор Карлсон, глава отдела временных аномалий – слегка улыбнулся. "Не совсем. Скажем так, это была… подготовка к реальности."
"К какой из них?" – пробормотал я.
"Ко всем сразу," – раздался знакомый голос. Я обернулся и увидел Марию. Она выглядела… иначе. Строгий костюм, собранные в пучок волосы и взгляд, который, казалось, мог прожечь дыру в реальности. "У нас проблема, Алекс. Большая проблема."
Директор Карлсон кивнул. "Доктор Тернер, прошу, введите агента в курс дела."
Мария подошла к голографическому проектору в центре стола. "Как ты уже понял из симуляции, реальность… сложнее, чем мы думали. Но дело не только в множественных вселенных. Дело в том, что они начали… сливаться."
Голограмма ожила, показывая переплетающиеся нити вероятностей и реальностей.
"Эффект Манделы?" – предположил я, вспоминая странные искажения памяти, о которых читал когда-то.
"Именно," – кивнула Мария. "Но это только верхушка айсберга. Мы фиксируем все больше случаев, когда люди помнят события, которых не было. Или были, но в другой реальности."
"И чем это грозит?" – спросил я, чувствуя, как по спине пробегает холодок.
Директор Карлсон мрачно усмехнулся. "О, всего лишь полным коллапсом пространственно-временного континуума. Ничего особенного."
Я сглотнул. "И что мы можем сделать?"
Мария посмотрела мне прямо в глаза. "Мы собираемся отправить команду в прошлое. Нужно найти точку бифуркации – момент, когда реальности начали расходиться – и… скорректировать ее."
"Путешествия во времени? Серьезно?" – я нервно рассмеялся. "А как же парадоксы? Эффект бабочки?"
"О, мы рассчитываем именно на эффект бабочки," – сказала Мария с какой-то пугающей уверенностью. "Только в глобальном масштабе."
Я открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут в конференц-зал ворвался запыхавшийся лаборант.
"Простите за вторжение, но у нас… проблема," – выпалил он.
"Еще одна?" – вздохнул директор Карлсон. "Чем на этот раз нас хочет порадовать Вселенная?"
Лаборант неровозно сглотнул. «Мы зафиксировали аномальную активность в секторе 7-G. Похоже… похоже, что кто-то пытается проникнуть в наше время извне.»
Повисла тишина, которую можно было резать ножом.
"Из будущего?" – осторожно спросил я.
Лаборант покачал головой. "Нет. Судя по всему… из другой ветки реальности. И, кажется, они знают о нашем плане."
Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. "Но как это возможно? Мы же только что…"
"Время нелинейно, Алекс," – мягко сказала Мария. "Особенно когда речь идет о множественных реальностях."
Директор Карлсон встал, его лицо стало жестким. "Похоже, у нас завелся крот. Кто-то сливает информацию в другие реальности."
Я огляделся, видя, как лица присутствующих становятся напряженными. Паранойя – худший враг любой организации, особенно такой, как КБР.
"И что теперь?" – спросил я, чувствуя, как внутри нарастает странное возбуждение. Часть меня была в ужасе, но другая… другая часть словно ждала этого момента всю жизнь.
Мария улыбнулась, и в ее улыбке было что-то хищное. "Теперь, Алекс, мы устроим небольшую вечеринку. Междумировую. С путешествиями во времени, заговорами и, возможно, парой-тройкой парадоксов на десерт."
Я вздохнул, чувствуя, как реальность вокруг начинает плыть. Или это было мое сознание, не выдержавшее наплыва информации?
"Знаете," – сказал я, обращаясь ко всем и ни к кому конкретно, – "я вдруг понял, что скучаю по тем временам, когда самой большой проблемой в моей жизни было решить, какую пиццу заказать на ужин."
Директор Карлсон хмыкнул. "О, не волнуйся. Если мы облажаемся, то в какой-нибудь из реальностей ты наверняка будешь просто программистом, заказывающим пиццу. Правда, эта реальность может схлопнуться через пару минут, но хей – зато без проблем с выбором начинки!"
Я рассмеялся, чувствуя, как напряжение немного отпускает. "Ладно, где мне подписать контракт на спасение мультивселенной? И, надеюсь, у вас есть хорошая страховка от экзистенциальных кризисов."
Мария подмигнула мне. "О, Алекс, ты даже не представляешь, во что ввязываешься. Но не волнуйся, в КБР всегда есть кофе. Даже если для этого приходится заимствовать его из параллельных вселенных."