— Значит, всё, что я сделала за эту неделю, для вас вообще ничего не значит? — её голос был холодным, но на грани срыва. — Вы решили избавиться от меня из-за одной строчки в отчёте?
Роман откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди, его лицо оставалось абсолютно невозмутимым.
— Лиза, я предупреждал, что терпеть ошибки не буду. Если вам трудно соблюдать правила и выполнять задачи безупречно, это не моё дело. Вы знали, что вам не положено ошибаться, и не приняли это всерьёз.
— А разве не вы сами говорили, что для вас важна дисциплина? — в её голосе звучала насмешка, но в глазах блестели слёзы. — Для вас все люди — просто функции, которые выполняют задачи. Никакой человечности, никакого уважения, только цифры и правила! Вы даже не дали мне шанса объясниться.
— У меня нет времени на объяснения, — спокойно ответил Роман, его голос звучал холодно и отчуждённо. — Мне нужен результат, а не оправдания. Если вы думаете, что в профессиональной жизни ошибки будут прощать, вы выбрали не ту карьеру.
Лиза сжала кулаки, пытаясь сдержать гнев. Её голос сорвался, и она выпалила:
— Знаете что, Роман Андреевич, вы — настоящий… бездушный диктатор! Да, вас боятся, вас уважают, но у вас нет ни капли человечности. Я просто опоздала в первый день, я ошиблась в одной цифре — и этого достаточно, чтобы меня выгнать?
— И достаточно, чтобы понять, что вы не готовы к работе в серьёзной компании, — произнёс он, его голос оставался бесстрастным. — Дисциплина — это основа успеха, Лиза. Вы не справились, и поэтому уходите. Всё просто.
— Конечно, всё просто! — воскликнула она, едва сдерживая слёзы. — В вашем мире всё должно быть идеально, но вы не замечаете людей, которые для вас работают. Вы смотрите на всех, как на пешки. Знаете, вы действительно потеряли свою человечность!
Он посмотрел на неё, чуть прищурив глаза.
— Может быть, — ответил он холодно. — Но это та цена, которую я готов платить за успех. А вы, Лиза, просто не в состоянии этого понять. Удачи.
Лиза сжала зубы, её сердце бешено колотилось. Не в силах больше смотреть на него, она развернулась и выбежала из кабинета, чувствуя, что её переполняет гнев и обида. Она буквально влетела в лифт, сжав в руке сумку. Как только двери закрылись, Лиза смахнула слезу, едва не задохнувшись от гнева. «Ну и пусть! Не нужен мне такой человек и такая работа!» — думала она, когда лифт медленно опустился на первый этаж.
Она выбежала из здания, едва застёгнув пальто, и набрала номер такси. В голове всё ещё звучали его холодные слова, и от этого ей становилось только хуже. Ветер бил ей в лицо, но она даже не замечала холода — внутри неё бушевал ураган эмоций. Она стояла на краю тротуара и уже собиралась сесть в такси, когда её взгляд зацепился за знакомую машину на парковке.
Это была машина Романа. Чёрная, массивная, с дорогими номерами — её сложно было не узнать. Ещё в первые дни работы она приметила её, когда Ветров парковался у офиса. Лиза почувствовала, как внутри неё закипает новый виток злости.
«Ну что ж, раз ты считаешь себя таким великим, нужно преподать тебе урок», — подумала она, и, не раздумывая больше ни секунды, открыла сумку, вытащила помаду и направилась к машине.
Она замерла перед капотом, оглянулась, но вокруг никого не было. Лиза, сдерживая дрожь в руках, вздохнула глубже и начала писать. «Козёл старый» — ярко-розовые буквы с каждой секундой казались ей всё более уместными. Лиза завершила «шедевр» и почувствовала, что гнев внутри утих. Она усмехнулась, глядя на надпись, и в последний раз посмотрела на машину.
— Ну что ж, Роман Андреевич, думаю, теперь хотя бы кто-то напомнит вам, что у вас есть сердце, — прошептала она и, чувствуя лёгкость, села в такси и уехала, не оглядываясь.
Скорее всего, ей будет стыдно за это уже завтра, но в этот момент ей было совершенно наплевать.
Роман сидел в своём кабинете, обдумывая финальные детали текущего проекта, когда раздался звонок на его рабочем телефоне. Это был пост охраны.
— Роман Андреевич, — раздался голос охранника. — Похоже, у вас тут… небольшая проблема с машиной.
Роман нахмурился, мгновенно напрягшись.
— Какая проблема? — его голос был холоден и спокоен, но в глазах мелькнула сталь.
— На парковке, рядом с вашим автомобилем, находится девушка… — охранник, казалось, подбирал слова. — Кажется, она что-то пишет на капоте.
Роман приподнял бровь, на миг опешив. Его автомобиль был не просто машиной — это была роскошная и дорогая игрушка, о которой он заботился. Инстинктивно он собирался разозлиться, но что-то удержало его. Ему вдруг стало любопытно, кто же эта отчаянная девушка, которая решилась тронуть его машину.
— Включите камеру на парковке, хочу сам посмотреть, — коротко приказал он, и вскоре экран на его мониторе переключился на изображение с камеры.