- Лучники, в шеренгу! Огонь! - Зычный голос Верховной жрицы разнесся по гулкой пещере, эхом отражаясь от стен, а вокруг засвистели стрелы. Странным образом стрелы вонзались у ног друзей, а не (как это обычно бывало) пролетали над головами. - Магический мост на яму! Быстрее! Они не должны уйти!
Эдвин решил загородиться от стрел волшебным щитом, но кто-то быстро, почти шутя, развеял заклятье измученного мага. А сил на новое уже не было... Попытка Галатеи восстановить щит так же не увенчалась успехом. Или защитные заклинания не входили в "ускоренный курс обучения" у Трехликой горы, или неожиданные возможности эльфийки все-таки имели предел, но её защитный барьер лишь на секунду замерцал в темноте и рассеялся сам собой. Тем временем, одна из стрел, улучив удачный момент, глубоко оцарапала незащищенную голень Рорка. Варвар взвыл от боли, развернулся и крикнул друзьям:
- Бегите, я вас догоню!
- Идиот, - прокричал в ответ запыхавшийся Эдвин: - Против лучников у тебя шансов нет.
Варвар буркнул что-то неприличное и прошипел:
- Подбери подол, поправь прическу и подумай! У их лучников осталось по две-три стрелы на колчан. А маги, видимо, ещё не добежали.
- Две-три стрелы, - заметил маг: - Как раз хватит, чтобы превратить тебя в подушечку для иголок.
Но Рорк уже не слушал его, а спустился на несколько ступеней вниз и стянул со спины свою секиру. "Топор против стрел! Он сошел с ума", - резюмировал Эдди, и обернулся к Гале:
- Мы должны ему помочь!
Чуть живая от усталости эльфийка мотнула головой и продолжила подъем. Через несколько шагов она с трудом произнесла:
- Он знает, что делает.
Помолчав, она добавила с какой-то странной интонацией:
- А ты знаешь?
В воздухе повисло неловкое молчание, а Гала, слегка приостановившись, спросила у Эдвина:
- Кстати, а почему ты вообще так заботишься о нем? С твоей, даррийской (это слово Галатея произнесла с редкой для себя злой иронией) точки зрения, варвар, прикрывающий тебе отход любой ценой, делает единственный осмысленный поступок в своей бессмысленной жизни. Разве нет?
Маг промолчал, про себя подумал: "Действительно, а что это я так из-за него переживаю? Ну, погибнет какой-то варвар. Кто-нибудь их вообще считал?". Однако Эдвин понимал, что цена его рассуждению - ломанный медный позеленевший от старости грош. Рорк не был для него "каким-то варваром". Как это не парадоксально, но Эдди не просто смирился с этой горой мускулов, а как-то сроднился с ним.
В это время снизу лестницы раздался шум, и волшебник обернулся.
Перед Рорком, метров за сто-двести, появились темные эльфы с луками. Эдвин очень хорошо расслышал их слова:
- Варвар, сдавайся, и мы пощадим твою жизнь.
В ответ на это Рорк презрительно плюнул себе под ноги и перехватил секиру поудобнее.
Темные, переглянувшись и пожав плечами, натянули луки.
Эдди прикрыл глаза, с ужасом ожидая неизбежной бойни и мысленно попрощавшись с Рорком, укоряя себя, что послушался его и бросил сражаться в одиночку.
Но варвар и не думал умирать. Схватив своё оружие ровно посередине, он начал вращать его перед собой с бешенной скоростью. Запели стрелы, но они лишь высекали искры на лезвии или рукояти страшного варварского оружия.
Залп, еще! Но, без толку. Стрелы лишь разлетались в разные стороны от будто заколдованного воина.
Конечно, если бы стрел было больше...
Но темные опустошили колчаны и теперь с нескрываемым уважением, и даже, как будто со страхом, смотрели на исполинскую фигуру Рорка.
Тот перестал вращать топор, и, выпучив глаза издал самый страшный вопль, который только Эдвин слышал в жизни. С этим кличем многие поколения варваром, дикие жители суровых степей, собирали скот с огромных просторов в единые стада, сворачивали головы свирепым буйволам и вселяли ужас в сердца своих многочисленных врагов.
Пещера ещё звенела от эха этого демонического вопля, когда Рорк крикнул темным:
- А теперь подходите ближе, и попробуйте мою сталь не только на вид, но и на вкус.
И обитатели пещерного города, загадочные и жестокие темные, стушевались. Почти физически ощущалось, как дрожат их руки, как потеют ладони, сжимающие уже бесполезные луки.
А Рорк, не дожидаясь ответа, спокойно, почти величественно, повернулся к темным спиной и стал неторопливо подниматься по лестнице. Через несколько минут он нагнал обомлевшего Эдвина и крикнул:
- Что встали? Тронулись.
- Рорк, - улыбнулась Гала: Я поражена.
- ещё пару мгновений, - заметил варвар: - И я был бы тоже поражен. Насквозь.
Он посмотрел на свой топор ("И не просто топор", - отметил Эдвин: "А хорошо сделанная боевая секира") и с досадой произнес:
- А вот оружие моё - теперь хлам. Рукоять разбита, лезвия погнулось, и на нем несколько дыр.
- Да, - сказал Эдвин, не подумавши: - Теперь из него точно только кашу варить.
Варвар замер как от удара, сжал скулы, и, когда маг уже почти готов был извиниться, расхохотался:
- Смешно, Эдвина, Правда - смешно. Теперь его действительно - только на кашу.
Друзья продолжили путь, а внизу, уже достаточно далеко, слышался голос Верховной:
- Догнать! Что это такое?! О, Ши! Мне что, Арса звать сражаться?
