Снега насыпало почти по колено, кони с трудом прокладывали себе путь, то и дело останавливаясь. Кутаясь в мантию, я пыталась устроиться поудобнее и поспать. Вампир дремал, а может делал вид, а я не могла уснуть от озноба, и осталась один на один с переживаниями. Прикосновения и отвратительный похотливый взгляд мёртвого разбойника то и дело всплывал в памяти, подкатываясь тошнотой к горлу. Удары по рёбрам и руке фантомами отдавали глухой болью, стоило лишь вспомнить хруст ломаемых костей. Что если бы я не смогла сбежать со склада? Что если бы Маркус не нашёл меня? Люди, представители моего же вида хотели надругаться надо мной по праву сильного, просто потому, что могли, а вампир, пусть и из корыстных целей, меня спас.
— Как ты нашёл меня? — прошептала я.
— Ты звала, — не открывая глаз, ответил он.
— Как это?
— Мы чувствуем зов умирающего или желающего умереть. Я услышал тебя.
— И кем из этого была я?
— И тем, и тем.
Я не нашлась, что ответить. Понятия белого и чёрного, добра и зла сильно смешались в голове, становясь неотличимыми. А ведь как всё было просто, пока я жила во дворце! Из забот только разлука с сестрой, обида на маму, да недовольство судьбой оракула-одиночки, до конца дней прислуживающей семье. Теперь же разлука с сестрой будет вечна, а прощения за сказанное уже не у кого просить. Теперь остались только мы с Эриком, а может, меня и вовсе скоро убьют. Тихо всхлипнув, я перевернулась лицом к борту телеги, зарывшись поглубже в сено и посильнее натянув старое одеяло.
Проснувшись под скрип колес и покачивание, я заключила, что мы ещё ехали, а значит, можно было ещё подремать. Мне было так тепло и хорошо, что не хотелось вообще открывать глаза. Прижавшись сильнее к источнику тепла, я начала засыпать, как сквозь сонное сознание проникли мысли о странности происходящего. Когда я засыпала, ничего тёплого в повозке не было, кроме разве что…
Приоткрыв один глаз, я в ужасе отпрянула в сторону, заливаясь краской. О Богиня! Вероятно, ночью я замёрзла и прижалась к тёплому вампиру. Щёки загорелись. Маркус взглянул мне в широко распахнутые от ужаса глаза, но ничего не сказал, с трудом сдерживая ехидную улыбку.
Сказать, что мне было стыдно — это ничего не сказать! Проснуться в обнимку с мужчиной, да ещё и вампиром, да ещё и который старше на двести восемьдесят лет — просто кошмарище, что бы там не говорила Ния о современных нравах. И нет тут никаких оправданий. Хотя если вспомнить, то Винс и Аарон неоднократно носили меня на руках, но так неловко мне почему-то не было.
До вечера мы не разговаривали. Мне было стыдно смотреть в его сторону, а вампир не стремился начинать разговор, видя мое смятение. В какой-то момент от холода я начала стучать зубами и без остановки дрожать, и к своему стыду пожалела, что не могла попросить меня погреть, хотя очень хотелось. Готова была на что и кого угодно, только бы стало хоть чуточку теплее.
Видимо, даже Маркус устал слушать стук моих зубов, он снял свой плащ и накрыл меня поверх покрывала, подоткнув по сторонам. Пушистый черный мех закрыл половину лица, оставив снаружи только нос.
— Но ты же замёрзнешь, — возразила я дрожащим голосом.
— Я не мёрзну, а ты попробуй поспать хотя бы несколько часов.
— Спасибо, — прошептала я, но он не ответил.
Уснуть мне не удалось, зато когда я хоть как-то согрелась, было время подумать о друзьях. Я скучала и боялась, что с ними что-то случилось. Пусть мы не так долго общались, но я привыкла, что Ния, такой весёлый и добрый рыжик, всегда рядом. Частично она закрыла тоску по сестрёнке, но и другие помогли. Вечно неуклюжая серьёзная Ирмис, заботливый Аарон и важный Винсент. Хотя, если подумать, про Ирмис я ведь вообще ничего не знала, не пострадала ли она от взрыва? Я даже не была уверена, жива ли она… Нет, не пойдёт, я резко выбросила все мысли из головы, сейчас я просто не могу впасть в уныние. Не имею права. Сначала дело. Кстати о деле, мы подъехали к последнему селению по пути на север с этого тракта. Дальше обозы ехали в крюк, огибая проклятый лес.
Почему проклятый? Некоторые считали, что во всём виновата магия, путающая путешественников, чтобы те блуждали и не могли выбраться, в конце концов умирая в глуши. Другие утверждали, что никаких проклятий там нет, это лишь выдумки дураков, плохо умеющих ориентироваться в лестной местности. А на самом деле причина крылась в глубоких болотах, под которыми находились горячие источники. Постоянно питаемые растения разрослись, мешая ориентироваться, а болота делали своё дело, поглощая неосторожных путников в свои оковы и скармливая местной флоре. А Изумрудными топи назывались так потому, что вблизи болот росла очень редкая и ценная трава красивого изумрудного цвета — трилистник крапивчатый. Использовался он в довольно сильных зельях и ядах, и стоил немало. Вот все, кто хотел заработать, и лезли в трясину.
Покинув обоз, мы двинулись по дороге в деревеньку. Вампир шёл по снегу, вообще не проваливаясь, а я с трудом переставляла ноги по снежной каше, то и дело застревая и падая в снег.
