— Это уже интересно. И если все действительно так, как ты говоришь, значит, вы пришли по адресу, — Геруко изогнула губы в невероятно красивой, но грозной улыбке. — Ты сейчас стоишь в той самой заброшенной лаборатории. А люди, которые вас встретили — также, как и вы, не принимают правила игры поганого Центра.
Алиса подняла глаза на Геруко, а затем еще раз удивленно огляделась. Высокие потолки было сложно разглядеть, но те стены, куда попадал свет от факелов действительно выглядели так, будто им не один десяток нет. Краска осыпалась, проглядывалась местами разрушенная кирпичная кладка.
— Мы тоже когда-то жили там, откуда ты пришла, — продолжила воительница. — Тогда это была часть Города. Но теперь… наши разведчики докладывают, что между Городом и гетто, на месте наших домов, всего лишь пустошь и леса. Природа бесчувственно, хотя и по полному праву, захватывает наши родные места и дома.
Перед Алисой всплыла картинка той самой дороги до гетто из Города. Поля вперемешку с лесами — места, о которых ходили самые удивительные слухи. У Алисы перехватило дыхание от неожиданной догадки:
— Вы те самые… — Алиса пыталась подобрать слово, — зараженные?
Девушке стало не по себе. Неужели сейчас она сможет докопаться до правды? Алиса снова вспомнила истории про пандемию, из-за которой закрыли границы и Город разделился на части. Но тут же ей припомнилась и теория, о которой рассказывал Рамиль. Что, если Центр и вправду зачистил эту часть Города под прикрытием своих экспериментов?
— Зараженные? — Геруко снова залилась своим серебряным смехом с примесью колкого льда. — Да нет, как видишь, — она развела руками, — мы живы и здоровы. Это вас Центр заразил бредом и больной идеей спасения мира. Мы не связаны целью выжить за счет другого. Наоборот. Главное для нас, дать возможность жить тому, кто рядом. Пожертвовать собой не ради денег, а ради жизни близкого.
Алисе кивнула.
— Я разделяю эти взгляды, — ответила Алиса, подумав об отце. — Но помощь может быть разной… То есть вы тоже пользуетесь технологией Центра?
— Триттерством? Да сгори до тла, Центр! — Геруко небрежно и с изяществом махнула ладонью. — Чтобы помогать людям, не нужны иголки, провода и трубки с жидкостями. Есть миллионы вариантов, как оставаться человеком, но Центр этого не понимает и не помнит, как жить по-другому. Поэтому мы называем себя Хранителями. Мы храним память и веру в то, что боль наших предков должна быть отомщена. Некоторые из нас родились уже здесь и не помнят мира до развала. Но часть Хранителей застали те жуткие времена и, вопреки всему, выжили. Наши родители и те, кто пережили весь ужас зачистки, были силой привезены сюда. Над ними проводили эксперименты, их насиловали препаратами и отбирали жизни. Только единицы могут лично вспомнить всю ту жуть, которую пришлось пережить в стенах этой лаборатории. Но мы впитали эту память с их кровью, и наше поколение этого не забудет. Наших родителей, тех, кто был против, бросали умирать, прямо в их домах. Сжигали целыми деревнями, — в голосе Геруко появилась желчь и жесткость. Алису, словно пощечиной, ударило чужой болью. — Остальных насильно везли сюда и лишали свободы. За все это мы обязательно отомстим. Но это наша война. И осталось разобраться с какой целью сюда пришли вы, и разделяете ли наши интересы.
Несмотря на услышанное, только теперь Алиса наконец-то смогла расслабиться и почувствовала единение с Геруко. Ее слова звучали жестко. Но сейчас стало понятно, почему. Алиса решила, что этой красивой девушке с тяжелым взглядом можно довериться, хотя бы на первое время, и позволила себе рассказала обо всем, что пережила в последние дни. Она рассказала о себе, о Дэне, Рамиле и отце.
Геруко внимательно выслушала каждое ее слово и, кажется, сильно заинтересовалась в Алисе. Наконец она смягчилась и пригласила гостью вместе с Дородо за стол. Они уселись прямо на теплый пол вокруг стола и втроем поужинали. Дородо принес откуда-то доску с еще несколькими тарелками, от которых шел пар и невероятный запах еды. Порции были большими, но без излишнего разнообразия в видах блюд. Тушенная птица без соли и приправ, какой-то вареный корнеплод, чем-то отдаленно напоминавший картофель, ягоды и горячий травяной чай. Но для голодной Алисы этот ужин показался восхитительным, так как стал единственным за несколько дней — последний раз они ели в доме у мистер Вилсона — она наконец-то согрелась и с удовольствием заполнила пустой желудок. За едой Геруко продолжала задавать вопросы о Городе, Центре, до конца пытаясь разобраться в нюансах истории Алисы.
— То есть та самая верховодящая стерва из Центра, мать твоего раненного друга?
— Я не уверена, что это можно было рассказывать, это не моя тайна. Но именно поэтому мы оказались здесь. В Городе она не оставит в покое Дэна. Мы просто не можем вернуться.
