Слезы тут же хлынули из глаз. Отец никогда не обнимал меня. Не держал за руку и не гладил меня по голове. Он всегда находился рядом, но недостаточно для того, чтобы я почувствовала себя… вот так.
Любимой дочерью. В безопасности. В окружении людей, которые меня не оставят.
Испытывать такое к несуществующему человеку было глупо, но я просто позволила себе это. Мои руки потянулись вверх, обхватывая Колинна за талию. Я уткнулась носом ему в грудь, продолжая плакать и сожалеть, что подобное не было доступно мне раньше.
«Значит это чувствуют дети, которых любят?».
— Ну что ты, моя хорошая. — Колинн поцеловал меня в макушку, пока я едва заглушала рыдания.
Не представляю, насколько потерянной выглядела в его глазах.
— Прости меня, — повторила я.
— Ты не должна извиняться, Шейлин. Ты ни в чем не виновата.
— Я должна была быть лучшей дочерью для вас с самой.
Колинн немного отстранился, приподнял мой голову за подбородок и вытер пальцами слезы на щеках.
— Ты ничего не должна нам с мамой, — сказал он, качая головой. — Мы всегда уважали твой выбор. И этот тоже.
Мне нечего было ответить на это, поэтому я снова уткнулась ему в грудь, вдыхая слабый аромат яблок. Руки Колинна крепко удерживали меня в вертикальном положении, даря опору под ногами.
Из-за слез я практически ничего не видела, но чувствовала теплое дыхание на макушке и слышала тихий успокаивающий голос у уха.
— Моя девочка, все хорошо. Перестань плакать.
В голосе Колинна послышалась тревога. Я дернулась, ругая себя за эту слабость и мягко отстранилась, с тоской глядя на заботу в его глазах.
— Я не знаю, что на меня нашло, — сказала я, шмыгнув носом.
Колинн улыбнулся, подошел к столу и вытащил из верхнего ящика бумажные салфетки.
— Не представляю, сколько ты держала это в себе. Принести тебе воды? Или, может, круассанов с джемом? Они тебе всегда помогают.
Я покачала головой и села на кожаный диван возле камина. После признания мыслей в голове почти не осталось. Я не знала, как продолжить этот разговор и объяснить изменение своего решения. Колинн ведь захочет узнать, что послужило таким переменам.
Но он, в который раз, удивил меня.
Колинн присел рядом со мной, задумчиво глядя в одну точку и почесывая подбородок.
— Это создаст для тебя проблемы, да?
— Скорее всего, — честно ответил Колинн, не смотря на меня. — Но, признаться честно, я очень ждал эти проблемы.
Я не сразу вникла в смысл его слов. А когда поняла, что именно он имел в виду, по телу прошла дрожь, а сердце в груди загрохотало с новой силой.
— Что?
Колинн одарил меня смущенной улыбкой, словно сам удивлялся своему заявлению.
— Давай предположим, что в тайне я надеялся, что ты когда-нибудь передумаешь.
— Почему… ты никогда об этом не говорил?
Ответом мне послужил тяжелый вздох.
— Мы с Томасом с раннего детства были больше соперниками, чем братьями. Отец никогда не называл имя сына, который станет управлять компанией. Он обучал нас, проверял и даже иногда сталкивал лбами, чтобы посмотреть, кто выстоит дольше. У меня никогда не было выбор. Особенно после того, как отец разглядел во мне потенциал. И как только компания досталась мне, я пообещал, что никогда не заставлю своего ребенка проходить через подобное.
— Но ты расстроился, когда я отказалась от компании, — напомнила я.
— Я расстроился не из-за того, что ты отказалась от компании. — Колинн мягко провел ладонью по моим волосам. — Я расстроился из-за того, что ты испугалась ответственности, а я этого даже не заметил. Мне казалось, что тебе нравилось быть наследницей. Поэтому, когда ты пришла ко мне вся в слезах и сказала, что хочешь оставить все, я сильно испугался. Думал, что заставлял тебя и сам этого не заметил.
Я схватила руку Колинна и сжала ее в ладонях.
— Это не так! Я отказалась не потому, что ты на меня давил. Если честно… я сама до сих пор не понимаю, что тогда произошло. Но, папа… я не хочу, чтобы ты сомневался во мне сейчас.
— Этого никогда не произойдет, — успокоил меня Колинн и притянул к себе, откидываясь на спинку дивана.
Я заметила, что его улыбка стала более светлой и довольной. Пока он гладил меня по голове, в его глазах пронеслась сотня мыслей. Возможно, Колинн уже разрабатывал план действий.
— И что будет дальше? — спросила я, обнимая его за талию и впитывая его тепло.
— Хороший вопрос. Думаю, дальше мы наведем немного шума. Согласна?
Я не смогла сдержать широкой улыбки и кивнула. Предвкушение чего-то масштабного захлестнуло меня с ног до головы. Я испытывала счастье. И не только потому, что собиралась сделать что-то грандиозное. А потому, что рядом был человек, который меня поддержит.
Работая в «Норладсе», я усвоила много правил. Но одно отпечаталось в моем сознание сильнее остальных.
Если все идет хорошо, готовься к проблемам.
Не успели мы с Колинном продумать план действий, в дверь кабинета постучала Мэгги и предупредила, что Дженесса приехала домой вместе с сестрой.
Одновременный разочарованный стон сорвался с наших Колинном губ.
— Давай побыстрее с этим закончим.