Грация и фурия полностью

Номи уловила запах апельсинового масла, и ей тут же вспомнились руки Верховного у нее на горле. Малахия предложил ей понюхать это масло, но она поспешно покачала головой. Затем последовали духи на основе плюмерии. Запах их был простым и сладковатым, но он не понравился Наследнику. В следующем флаконе оказались духи с ярким травянистым запахом, против которого Номи не возражала, но восторга он не вызвал.

Кассия, хихикая, порхала по магазину, похоже, не столько выбирая духи, сколько стремясь привлечь к себе внимание Наследника. Номи же неожиданно для себя самой отнеслась к выбору серьезно. Возможно, причиной тому было спрятанное под корсетом письмо, а ароматы пряностей и сандалового дерева немного отвлекали ее.

– Этот запах, по-моему, весьма приятен. – Малахия предложил вниманию Номи очередной ватный шарик.

Что это был за запах, она не определила, но он вызвал у нее воспоминания о холодных снежных вечерах в Ланосе, и был в нем еще намек на древесный дым и что-то бодрящее, свежее. Глаза Номи невольно наполнились слезами.

– Можно я остановлюсь на этих, Ваше Высочество? – спросила она мягко и, капнув духами на запястье, поднесла его к лицу. – Они напоминают мне о доме.

Малахия слегка наклонил голову.

– Буду счастлив.

– Спасибо. – Номи сделала реверанс. – И спасибо вам за прогулку, Ваше Высочество. Вы очень великодушны к нам.

Наследник пожал плечами.

– Я знаю, что значит подолгу безвылазно сидеть в палаццо.

– Вы имеете в виду оказаться запертым? – не подумав брякнула Номи и немедленно поднесла ко рту руку.

Малахия внимательно ее оглядел.

– Ты чувствуешь себя запертой?

– Нет, конечно же, нет, – скороговоркой ответила Номи. – Дворец прекрасен. Как сон наяву. Просто я давно не покидала его стен, а мне всегда хотелось осмотреть Беллакву. Очень рада, что вы преподнесли нам сегодня такой подарок.

Внезапно Номи поняла, как ей встретиться с Треви.

– Знаете, Ваше Высочество, я… Мне бы тоже хотелось преподнести вам подарок, – сказала она смущенно и, кинув на него быстрый взгляд, увидела промелькнувшее на его лице удивление. – Хочу выразить вам свою признательность. Могу ли я выбрать для вас что-нибудь на рынке?

Она затаила дыхание.

Не сочтет ли он безделушку с рынка ниже своего достоинства? И не станет ли доискиваться ее истинных намерений?

Пожалуйста! Ну пожалуйста!

– Ты мне ничем не обязана, Номи. – В его голосе впервые не слышалось ни грубости, ни желания держать дистанцию.

– Я знаю, знаю, – поспешно заговорила она – быть может, даже слишком быстро. – Вы были добры ко мне сегодня, и мне хотелось бы отплатить вам тем же.

Он потер подбородок.

– Ладно, как тебе угодно.

Кивнув, он переключил свое внимание на Кассию, а затем на Марис. Вскоре и те выбрали духи по своему вкусу, и все вместе они покинули магазин. На улице Малахия помог им взобраться в карету.

Небо над городом оказалось почти полностью затянуто темными грозовыми тучами, вдалеке уже грохотали раскаты грома. Номи боролась с нарастающей в ней паникой. Если дождь начнется прежде, чем они доберутся до пьяцца, то ее план не сработает.

Они катили по булыжной мостовой, а Номи неотрывно глядела на разбухающие на небе тучи. Через несколько минут карета прибыла на пьяцца. Наследник помог ей выйти, и Номи не стала, как прежде, поспешно выдергивать руку, надеясь таким образом внушить ему, что она действительно стремится сделать ему приятное. Ей вспомнились слова матери, когда-то сказанные Серине: «Твоя способность маскировать истинные чувства станет самым грозным твоим оружием.

– А мне понадобится оружие? – спросила тогда Серина.

– Оно нужно каждой женщине, – ответила мать, вздернув подбородок.

Малахия принялся помогать остальным своим Грациям выбираться из кареты, а Номи стремглав бросилась к рядам тележек, что располагались посреди пьяцца. И страхи ее оказались не напрасны. Сразу же выяснилось, что многие торговцы уже покинули рынок, опасаясь надвигавшейся грозы. Треви еще не ушел, но уже поспешно собирал свой товар.

Нет!

К счастью, лавка с перчатками еще работала. Номи поспешила туда. Она была уверена, что вскоре тут окажется и Малахия. Возможно, он и сейчас уже наблюдает за ней.

Номи провела рукой по паре черных перчаток из мягкой кожи, затем глянула через плечо. Малахия, отвернувшись, разговаривал с кучером. Номи, быстро отпрянув от торговца перчатками, извлекла из-под корсета письмо. Треви, согнувшись едва ли не вдвое, укладывал обернутые вельветовой тканью кинжалы в выдвижные ящички, вмонтированные в нижнюю часть повозки. Номи дрожащей рукой сунула ему письмо. Он в удивлении поднял глаза.

– От Его Высочества Асы, – едва слышно пояснила она. – Дело не терпит отлагательств, а иначе он бы сам его принес.

Треви молча, едва заметно кивнул. Позади послышались шаги по брусчатке. Номи быстро повернулась обратно к торговцу перчатками и погладила рукой другую пару – на этот раз насыщенного коричневого цвета.

Позади Номи возник Малахия.

Она приподняла над прилавком перчатки.

– Мне нравятся эти, Ваши Высочество. Как вы считаете, это достойный подарок?