Он не знал, что ему делать. Если они шли за Марком, то как мог Сулиен обогнать их? Он подумал: а не удастся ли ему как-нибудь отвлечь их — сквозь деревья они могли легко принять его за Марка — и увести в сторону, куда бы они ни шли. Но Сулиен тут же вспомнил, что Уна рассказывала ему про шпиона, гнавшегося за ней сквозь кусты, к машине, и понял, что он слишком близко и безопасного места, куда можно было бы увести этих людей, нет, равно как и способов сбить их с толку. Это могло закончиться только одним, и очень скоро.
Кроме того, он боялся, что Делир и Дама могут наткнуться на них, ведь они были где-то поблизости. Но если он пойдет обратно, чтобы предупредить их, то потеряет убийц, и они никогда не узнают, что произошло.
Сам с трудом понимая почему, он стал ползком продвигаться вслед за ними, вздрагивая от им самим же производимого шелеста и хруста, от мысли, что на самом деле ничем не сможет им помешать. Положим, они ошибаются, подумал или, вернее, пожелал Сулиен, положим, он всего лишь ранен, тогда я смог бы…
И, как у Вария в Риме (хотя он и не знал этого), у Сулиена появилось чувство, что если единственное, что он может, это наблюдать, то по крайней мере надо наблюдать. Он позабыл о своем негодовании, так мучило его отчаянное, бессильное чувство, что смерти Марка он не переживет.
Энний смотрел вниз через бинокль, Рамио уже взял ружье на изготовку, оба по-прежнему вели себя вполне сдержанно, спокойно. У одного Тазия от волнения сводило желудок.
— Это неправильно, — пробормотал он, хоть это и было ему противно.
Напарники должны были поверить, что Марк прячется в складках долины.
Они посмотрели на него, скорее с презрением, чем вопросительно, он знал, что так и будет. Он прочистил горло, стараясь скрыть охватившие его гнев, замешательство и ужас.
— Теперь его должно быть видно.
— Ты случайно не держишь эту игрушку вверх ногами? — спросил Рамио.
— Он метрах в трехстах отсюда, — спокойно, профессионально ответил Тазий. — Прямо перед нами.
Рамио вырвал у него из рук экран и в недоумении уставился на него.
— Масштаб правильный? — спросил он с сомнением в голосе.
Но Тазий не обратил внимания на его слова, поскольку им вдруг овладела пугающая и будоражащая уверенность. Он выхватил аппарат у Рамио и, выйдя из-за прикрытия деревьев, стал стремительно спускаться по жухлой, подмороженной траве. Маленькое стадо тощих овец с безумными глазами встревоженным вихрем метнулось мимо него, когда он подошел ближе, а затем перешло на неторопливую беззаботную рысцу. Тазий стоял и хохотал над ними, как безумный. Одна из овец бежала, прихрамывая; длинная тонкая терновая ветвь зацепилась сбоку за ее клочковатую шерсть и волочилась по земле. И еще Тазий заметил перекрученный клок сероватой ткани, прикрепленный к терниям. Тазию захотелось изо всех сил швырнуть аппарат о землю, и в то же время он испытал нечто вроде радостного потрясения — почти приятного, — которое, он знал, скоро сменится вполне реальным страхом и недобрыми предчувствиями. Он слышал, как Энний и Рамио, так ничего и не поняв, осыпают его сердитыми ругательствами. Но на сей раз винить его было не в чем.
Он даже не стал проверять, что животное в точности повторяет движения точки на экране — стало быть, передатчик болтался в завязанной узлом рубахе.
Бегом одолевая склон холма, Уна почувствовала, как боль острыми зубами впилась ей в бок, кровь тяжело стучала в голове, но она продолжала бежать, зная, что останавливаться, даже чтобы перевести дыхание, смерти подобно. Она хорошо помнила это по той неделе, когда замышляла спасти Сулиена от креста, по ночи своего побега. Однажды решив, что не даст им убить его, по крайней мере ни одно ее усилие не пропадет даром, она почти смогла сдержать страх за брата. Но теперь она чувствовала, что во второй раз это неумолимое состояние подведет ее, потому что это обман, ложь. В Лондоне она знала, что и когда должно случиться, знала, что еще не все потеряно, что Сулиен все еще жив, вплоть до того момента когда услышала выстрелы.
Все же она не могла тягаться с Зи-е, которая скрылась из виду. Лал, тяжело дыша, все еще всхлипывая, старалась не отставать от нее — и в этот момент они увидели Зи-е, поджидавшую их прямо над лагерем вместе с Делиром, Дамой и Сулиеном. При виде их Лал снова шмыгнула носом, после нового укола вины, который она ожидала, ее охватило страшное предчувствие — так подавленно и покорно все четверо стояли там.
Уне они показались всего лишь такими же неуверенными, как прежде, и, даже не переводя дух, она требовательно спросила:
— Значит, вы его не нашли? Почему же вы вернулись? Надо искать дальше.
— Не стоит тебе дальше ходить в ту сторону. Слишком опасно, — сказал Дама.
— Нет, это была Пирра, а они выслеживают его, как вы не понимаете? — задыхаясь, сказала Уна и попыталась прорваться сквозь них.
Сулиен осторожно схватил ее и сказал:
— Нет, послушай. Как они его вели?
