«В Москве, — писал он впоследствии, — было издано шесть моих книг — исключительно по спорту и туризму. Каждая книга проходила пять и шесть цензур, и я до сих пор все-таки не знаю: а сколько именно цензур существует в СССР. Бывало так: все мыслимые цензуры уже пройдены, Главлит поставил свою печать, и, вот повестка: явиться на такую-то улицу, дом номер такой-то, комната такая-то. Что за дом и комната, и учреждение — понятия не имею. Иду. Какое-то вовсе неизвестное мне партийное учреждение, в нем какой-то вовсе неизвестный мне партийный товарищ, на столе у этого товарища — оттиски моей книги по боксу. «А почему вы, товарищ Солоневич, не привели здесь решения такого-то партийного съезда?» Что общего имеет бокс с решениями партийного съезда? Оказывается — имеет. Нужно было указать, что такой-то партийный съезд вынес такое-то решение по поводу «последнего и решительного боя» с мировой буржуазией и по поводу соответствующего воспитания широких трудовых масс. А так как пролетарский бокс тоже должен служить свержению оной мировой буржуазии, то нужно указать на его воспитательное значение, соответствующее решениям такого-то партийного съезда».[283]
Личное свидетельство И. Л. Солоневича, таким образом, не совсем совпадает с имеющимися объективными данными. Он говорит о шести книгах, в то время как являлся автором пяти, соавтором еще двух, и по разу выступал в качестве редактора и составителя.
Отдельного звучания заслуживает тема так называемых халтурных очерков, которые Иван Лукьянович публиковал в советских журналах. Материалы для них он черпал в многочисленных командировках. Относительно художественного значения своих писаний Солоневич не питал абсолютно никаких иллюзий и, уже в эмиграции, вспоминал об этих творческих опытах с нескрываемой иронией:
«В числе бендеровских четырехсот способов легального изымания денег из советской казны у меня был и такой:
Я приезжаю в совхоз и снимаю всех, кто попадается под руку. Фотографии с соответствующими текстами и очерками идут:
1. В журнал «Медицинский Работник» — как работает совхозная амбулатория даже и тогда, когда ее и в природе не существует.
2. В журнал «Ударник Социалистического животноводства» — о том, как доярка Иванова Седьмая перевыполняет промфинплан.
3. В журнал «Работник Просвещения» — о том, как ударник Иванов Седьмой ликвидирует малограмотность (о неграмотности писать было нельзя — она уже ликвидирована).
4. В газету «Социалистическое Земледелие» — о дирекции совхоза вообще.
5. В «Красный Транспортник» — о том, как совхоз перевыполняет планы дорожного строительства.
6. В журнал Автодора — приблизительно о том же.
В наиболее благоприятных случаях удавалось снимать урожай с двенадцати журналов, перечислять которые было бы долго и скучно.
