Русская общественная организации «Лига Имперской Руси» (Liga Imperial Rusa) объявила о своем создании письмом на имя шефа Федеральной полиции Аргентины генерала Артуро Бертолльо. В этом письме, поступившем в полицию 25 ноября 1948 года, сообщалось, что Лига является «исключительно аполитичным» обществом[754]. Неудивительно: по законам Аргентины иностранцам была запрещена любая политическая деятельность внутри страны. А посему работа новой организации направлена — на распространение культурных и исторических традиций русского и славянских народов, управляется самостоятельно избранными органами и не имеет руководящего центра заграницей. Далее следовала подробная информация о лицах, входящих в общество, с указанием имен и фамилий, занимаемых должностей, их адресов и номеров документов, дающих право на проживание в Аргентине. Президент Лиги — Николай Сахновский, по месту жительства которого в Буэнос-Айресе размещался официальный адрес общества. Вице-президент — Николай Ряснянский, генеральный секретарь — Николай Воейков. И так далее…
Ознакомившись с «уставными документами», полиция разрешила деятельность «Лиги Имперской Руси», но с обязательными условиями: во-первых, информировать о своем дальнейшем развитии, а во-вторых, проводить все открытые публичные собрания на испанском языке. Получив официальное признание, Лига стала именоваться на русском языке «Государево Служилое Земство». Понятно, что такое название вряд ли было бы согласовано аргентинской полицией при оригинальном переводе, ввиду сложности объяснения его дословного значения иностранцам. Теперь же Правление Лиги (Junta directiva) именовалось Советом старшин Земства, а Президент Лиги — его Председателем.
Ведущую роль в создании организации, как ее не называй, играли соратники Российского Имперского Союза (РИС) — монархической организации, возникшей еще в 1929 году в Париже. К ней принадлежали и Президент Лиги Н. И. Сахновский, и генеральный секретарь Н. Н. Воейков, еще до Второй Мировой войны являвшиеся активистами РИС в Бельгии.
«Вполне естественно, что новая структура была заинтересована в привлечении в свои ряды такого известного и яркого монархического публициста, как И. Л. Солоневич, уже издававшего в Аргентине с 1948 г. свою новую газету «Наша страна», — отмечает С. Маньков[755].
Инициативу взял на себя Н. Н. Воейков.
«Дорогой Иван Лукьянович! — писал он Солоневичу. — Приехав недавно в Буэнос-Айрес, было отрадно снова читать Ваш смелый и мужественный орган, который мы с немалым интересом читали до войны, хотя и под другим названием.
Вы вероятно не помните нашей с Вами встречи, когда я участвовал вместе с моим братом в устройстве Ваших интереснейших лекций в городе Брюсселе и где к тому-же мне приходилось часто встречаться и беседовать с Вашим братом.
С 1940 года я имел честь руководить работой Российского Имперского Союза в Бельгии вплоть до моего приезда в Аргентину в Августе этого года. Мой друг и соратник Даниил Феодорович Рудинский просил меня, до моего отъезда, непременно наладить с Вами здесь контакт, для совместной работы на нашем общем монархическом фронте, горячим участником которого Вы являетесь.
В мерзкой статье, господина Мамукова, направленной против Вас, в номере 12 журнала «Вехи», от декабря с. г., этот самонадеянный солидарист попытался и на наш Союз уделить струю своей провокационной прозы. Прилагаю к сему копию моего письма к этому господину, с которой очень прошу Вас ознакомиться и, если возможно, не отказать в любезности, восстановить истину на страницах Вашей газеты.
Пользуюсь случаем чтобы переслать Вам также наше «Письмо к Невозвращенцу», которое мы в тысячах экземплярах распространили среди русских Д. П. на бельгийских шахтах и «Обращение к Русских монархистам проживающим в Ю <жной> А <мерике>», составленное нашим генеральным представителем Соратником-Руководителем Н. И. Сахновским. Очень рад был бы возможности с Вами встретиться, чтобы побеседовать с Вами на интересующие нас темы.
Дай Вам Бог и впредь вести столь мужественную линию в издаваемой Вами газете»[756].
Письмо было написано 28 декабря 1948 года, и только 2 февраля 1949-го Солоневич сел за ответ.
