– Я хочу видеть своего мужа. – Она посмотрела на Антона, он никак не отреагировал на ее требование. Тогда, опустив голову, уже без металлических ноток в голосе, добавила: – Или хотя бы пообщаться с ним по телефону.
– Это устроим, – кивнул Антон, – завтра же. А потом я скажу, что вы должны будете сделать.
– Так все-таки вы его похитили?
– Да нет же. – Он усмехнулся. – Похищением это не назовешь. Скорее я его спас, с одной стороны, от возможного совершения преступления, с другой – от преследования его партнеров по карточным играм.
Малахов, придерживая Наташу за талию, направлялся к машине, оставленной на пятачке перед кладбищем в общей веренице расходившихся с похорон людей.
Как и подобает в таких случаях, Пешехонова была вся в черном. То и дело она останавливалась, вынуждая последовать ее примеру и Андрея, чтобы выслушать слова соболезнования от приехавших на похороны людей.
Она мастерски разыгрывала убитую горем сестру. Наталья благодарила людей, зачастую абсолютно незнакомых ей, и прикладывала платок к уголкам глаз.
Уже на выходе, когда толпа заметно поредела, к ним подошел немолодой мужчина среднего роста. Весь его вид говорил о том, что он не принадлежит к числу бизнесменов, которых было на похоронах большинство, а его светлых тонов костюм и веселой красно-зеленой расцветки галстук вообще не вязались с трауром.
По его лицу было заметно, что чувствует он себя неловко.
– Наталья Юрьевна, – он пригладил начавшие седеть на висках темные волосы и шмыгнул носом, – примите мои соболезнования.
Незнакомец бросил проницательный взгляд на Малахова, приготовившегося вместе с Натальей выслушать уже десятки раз услышанные и всегда в таких случаях одинаковые слова. Однако мужчина, вздохнув, вынул красное удостоверение и, развернув его, представился:
– Следователь по особо важным делам областной прокуратуры Литовченко Станислав Анатольевич.
Убрав обратно в карман пиджака документ, он бросил по сторонам взгляд, словно ища место, куда можно отойти для разговора.
Догадавшись, чего хочет следователь, Андрей указал на джип Боброва, на котором они приехали, стоящий в нескольких метрах от ворот кладбища.
– Можно поговорить в машине.
– Только при условии оставить нас одних, – Литовченко виновато улыбнулся Малахову. – Это не займет много времени.
Усевшись на заднее сиденье, следователь дождался, когда Малахов закроет за Пешехоновой дверцу, и вздохнул:
– Вы уж извините меня, Наталья Юрьевна, что в такой день я вынужден встретиться с вами, но выхода у меня нет. – Он сокрушенно вздохнул. – Причина в том, что дело о покушении на вашего двоюродного брата взято под особый контроль руководством. Очень много шума в прессе. И не только из-за того, что Александр Михайлович занимал пост в очень крупной компании, которая играла не последнюю роль в экономике области. Вокруг «Нефптона» за последние месяцы произошло много странных событий, случилось несколько смертей.
– Вы имеете в виду моего покойного мужа? – Наталья сделала удивленное лицо. Странного здесь ничего нет. – Она поджала губы. – У него было слабое сердце. Выпил. Стало плохо.
– Понимаете, – перебил ее Литовченко, – если у человека случается сердечный приступ, то его не везут в наркологию. Насколько мне известно, ваш супруг не злоупотреблял алкоголем. И потом, после его смерти почему-то находят мертвым врача, во время дежурства которого скончался Борис Евгеньевич.
– Что вы хотите этим сказать? – Наталью стало трясти, она не знала, как вести себя дальше, и была абсолютно не готова к такому повороту событий. Собираясь с мыслями и пытаясь потянуть время, она раскрыла сумочку, словно ища в ней что-то.
– Вам плохо? – Лицо Литовченко приняло озабоченный вид. – Если вы ищете валидол, то он может быть в автомобильной аптечке.
– Давайте перенесем наш разговор на другое время, – предложила она, откинувшись на спинку сиденья. – Мне что-то тяжело сосредоточиться. Сегодняшнюю ночь я практически не спала.
– Хорошо, – кивнул головой следователь. – Завтра в десять вас устроит?
– И что он хотел? – глядя в спину удаляющегося служителя Фемиды, поинтересовался, усаживаясь за руль, Малахов. – На тебе лица нет.
– Он подозревает, что смерть Пешехонова не случайна, и намекнул на убийство врача, в дежурство которого все произошло.
Малахов присвистнул:
– Вот как! Не ожидал!
– Чего ты не ожидал? – насторожилась Наталья.
– То, что эти умники свяжут все это в одно. Я думал, тебя про связи брата будут расспрашивать, а он аж вон откуда начал. Нехорошо!
– Думаешь, смогут что-то узнать? – испуганно прошептала Наташа.
– Я не сомневаюсь, они уверены, что здесь что-то нечисто.
– Не пугай меня. – Пешехонова слегка опустила стекло и подставила под поток воздуха лицо.
